— Оно и видно. Короче, вся наша контора из девяти отделов состоит. Первый и второй решают финансовые вопросы, третий занимается снабжением, оружие там, боеприпасы. Четвёртый с медициной что-то мутит, или исследования проводит. В общем, там у всех свои задачи, это не суть. Всё это только для того, чтоб максимально хорошо работали девятый и седьмой отделы.

— А седьмой чем занят?

— Нами, ёпт, — расхохотался Грог.

— В смысле? — снова обернулся к нему я.

— В прямом. Или ты думаешь, мы здесь все по своей воле? Меня на месяц раньше на базу доставили, тоже твой дружок, кстати.

— Лёха?

— Это для тебя он Лёха, а нам он Алексей Викторович, но да, он. Как раз главный в седьмом отделе, все операции по вербовке через него проходят, крутой специалист. Знаешь, как меня заманили?

— И не узнаю, если не поделишься.

— Легко. Наводку мне на гнездо подкинули, мол, там всего три особи сидит, а я дурак и проверил, полез. В итоге едва живыми выбрались, но повеселились мы Ханом знатно. Я после этого неделю ещё кровь из волос выковыривал.

— А ты, ФЕТ? — поинтересовался я у водителя.

— Да там… — поморщился тот и отмахнулся, — нечего особо рассказывать.

— Это он скромничает просто, — захохотал Грог. — У него история покруче твоей будет. Его в долгую разыгрывали, несколько месяцев вели, уж очень спокойно наш Кинг-Конг на триггеры реагирует. Вначале девочку подсунули, типа Макса твоего, не совсем нормальную. Затем разыграли целую трагедию, чем и заставили в гнездо сунуться. Тебя это, кстати, тоже в Таганроге ожидало, но ты умней нас оказался, самих кукловодов разыграл.

— Ну а с ФЕТом что?

— Ну чё, он в гнездо с кувалдой вошёл, мститель, ёпт. Тоже думал, что там стая мелкая, а их сколько было, а здоровяк?

— Двадцать семь, — скромно прогудел тот.

— Вот ты прикинь, в каком шоке были вербовщики, когда он двадцать шесть сердец, в простыню завёрнутых, в город припёр. Наш ФЕТзила им головы кувалдой разбивал, уроды там наверняка пятый угол от него искали. Отбивались тоже яростно, жить всем хочется, даже этим. В общем, наш бычара семь пулевых ранений получил, вернулся к началу бункера, вырвал сердце у первой жертвы и как яблоко грыз периодически, пока остальных добивал.

— Нихуясе, — я с опаской покосился на товарища.

— Ага, — согласно кивнул Грог. — Вот и думай теперь, правильно нас боятся или зря. В нашем потоке у каждого своя история есть, к нам простых людей не принимают.

— Это я уже понял.

— Мы ведь вначале все реально думали, что ты блатной просто, — тем не менее продолжил разговор тот, — стороной тебя обходили, не уважали. Тебя ведь «Сам» на базу доставил, а слух о том, что вы давние друзья, быстро разлетелся.