— Объёма данных будет достаточно для понимания. Средняя нагрузка канала известна и если вредоносные программы введены через канал подключения к ИР — это будет понятно по увеличивающемуся одностороннему инфообмену, — закончил я за аналитика.

— Да! — довольно кивнула Веснушка, разворачивая терминал и требовательно смотря на меня.

Ну а я предоставил доступ через браскомм, после чего аналитик занялась отсеиванием логов именно по Бронзовому, оценке потока — ну в общем занялась делом. Отнюдь не лишним: я беспокоился о Эмике и сконцентрировался на нём, просто «опасаясь». А этот веснушкин анализ либо подтвердит опасения (чертовски неприятно, но такие вещи надо знать, для поиска Пути), либо мы будем точно знать, что программной атаки через ИР не было. Тоже не лишнее, вообще-то.

А я, наконец, добрался до коннекторов ввода-вывода вычислителя Бронзового. До самого вычислителя вообще не добраться — аппаратный запрет, обходимый только обслуживающими Инвиктусами вулканистами, насколько мне извесно. Только их я к Эмику как-то и почему-то не хочу подпускать, по крайней мере пока. Так что подключил я оборудование к коннекторам, а сам развернул виртуальный голошлем: не полноценное ИР, но вне ложемента она и недоступна.

— ДУР… — встретил меня громыхающий голос Бронзового, запнувшийся. — Гален, из-за этого злобного, мерзкого, подлого, отвратительного, негодяйского завистника и злодея — я даже ругаться не могу нормально!

— Прими соболезнования, — на стал я ржать, хотя очень хотелось.

И от облегчения — всё же были опасения на повреждение ИЛ, судя по речи — не воплотившиеся. Ну и некоторая ирония в том, что «дурачьё» стало на время действия вредоносного воздействия единственным способом коммуникации была. И даже жалко немного Бронзовое Орало — как бы он психическую травму не получил и перестал «дурачьём» ругаться… Хотя нет, не перестанет: сейчас починим потихоньку, через пару дней максимум отойдёт и опять будет «дурачьё и Величие». Это же Эниус Эквис, самый заносчивый Инвиктус Империи!

— Что тут у тебя? — вместо «ржать» поинтересовался я.

— Смотри, — буркнул копошащийся с чем-то ИЛ, направляя через подключение пакет информации.

— Ох, е…ать… — ошарашено выдал я через полументуного просмотра, потому что других слов не было!

— ИМЕННО!!! — рявкнул Эмик. — Найдёшь козла который это сделал — убей КАК МОЖНО МУЧИТЕЛЬНЕЕ!!! А лучше мне отдай, я его раздавлю. МЕДЛЕ-Е-Е-ЕНО! — бурчал Эмик и я его прекрасно понимал.

Дело вот в чём: вся периферийная оболочка ядра ИЛ была выведена в режим «защитной реакции после смерти пилота». Причём триггером этого положения неведомый злодей определили именно меня! То есть, Бронзовый вообще ничего не может сделать, кроме как меня прибить! Это единственное действие, «допустимое» в рамках злодейской программы, пиратствующей в большей части вычислителя Инвиктуса!'