И вот, Эмик уже начал свою «аккуратную и экономичную» перестрелку, стреляя из Жнеца одиночными, а не поливая всё потоком снарядов. Безрезультатно, в плане повреждений, но более чем удовлетворительно для наших целей: щитовик аж распрямился, а штурмовик заныкался за него, ведя огонь по щитам. Единственная неприятность, не то, чтобы не учтённая… Да не учтённая: замотались и не подумали. Так вот, проблема в том, что инерцию никто не отменял. Щиты, которые могли её погасить — были, собственно один из вариантов плоскости Минковского. Но энергию они жрали, как не в себя и их проецированием Эмик не занимался даже без «режима экономии».
Так вот, снаряды из разгонников Туртура нас ощутимо шатали. Совершенно не стоило бы внимания, если бы не приближающийся диверсант. А вот с ним — дополнительная сложность.
— Нормально, Гален? — не отвлекаясь от перестрелки уточнил Эмик. — Могу сместится боком, эмиттеры начнут перегреваться, но не критично.
Почувствовал моё напряжение и среагировал. Ну, логично: синергия всё-таки. Впрочем, страшного ничего в нерегулярном пошатывание нет. Путь к победе, причём не один — есть. А незначительная помеха — терпимо, что я Бронзовому и ответил.
И стал, под одобрительное хмыканье Инвиктуса, готовится к поединку. Довольно нетипичному: у меня фактически не было управления «телом» — туда и не стоило лезть. Все мои возможности ограничивались Кистенём, чего должно было быть достаточно. Стиль Димахера был мне известен — перед финалом я чуть не сломал ум, просматривая записи и всякое такое. В общем-то почти не запомнил имён Инвиктусов и пилотов, но главное — поведение в бою и особенности ведения этого самого боя — естественно, запомнил.
Собственно, выскочивший чуть сзади и слева Димахер увиденное и стал демонстрировать: выпустил несколько лучиков лазера, пытаясь «ослепить» сенсоры, но только подсветил бронзовый затылок: обращать на него «внимание», а точнее поворачиваться мы не собирались. Но и щёлкать клювом диверсант не стал, решив использовать «неожиданность», которой не было, по полной. Пригнулся к астероиду, оттолкнулся, врубил ионник для ускорения и полетел на нас. А, при приближении, Кистень удерживаемый не рукой Эмика, а полем в полуразомкнутой «ладони» полетел навстречу диверсанту. Отреагировать толком он не успел: Кистень отбил барионник летящий в сторону генератора в сторону, продолжил движение, и врубился в «плечо», между манипулятором, держащим барионник «обратным хватом» (для удара на отходе, насколько я видел на трансляциях боёв Димахера). Кистень стал пропарывать броню, но тут случилась неприятность, о которой я даже не подумал. А именно — арбитры, чтоб им Эмик пару часов про Величие рассказывал!