Мне, конечно, это нахрен не нужно, но сама возможность есть. А значит — усталость и вымотанность следствие скорее нашей неумелости, чем синергии как таковой.

Бреду я с такими мыслями к апартаментам, благо приятели уже скинули на браскомм, что мол ждут, типа вечеринку у нас «для своих» устроили. Чуть посижу и спать… И тут на меня выносит троицу слушателей. С мордами, вот сюрприз-то, наглыми и засранскими!

— Шевалье Гален Гаврила Безмолвный, герцог Ульвер, — выдал центральный, невысокий парень с глазами навыкате. — Я, княжич Димитрий Рыбкин, славного Рода Рыбкиных, вызываю тебя, за прилюдное оскорбление, на поединок чести. Оружием выбираю пистолет, — выдал этот тип.

Видно из той же культурной традиции, что и Белояр. Хотя фамилия посмешнее Сидороффых, мда. И метатели — не слишком хорошо. И вообще — дуэль на носу, а я усталый! Какого хрена, блин⁈ Подождать не могли⁈ И вообще, привязались, сволочи, достали уже, потихоньку зверел я.

— До увечья. Завтра после занятий. На дуэльной площадке. ДОРОГУ ДАЙ!!! — злобно рявкнул я.

— Изволь… — растерянно ответила Рыбка, расплываясь со своей группой поддержки.

Ну серьёзно — бесят, блин. И надо уточнить пару моментов, встряхнулся я, вваливаясь к нам в апартаменты. Народ веселился, поздравлял, умеренно бухал. Даже Арвинг была, притулилась в уголке — видно Себ и её вытащил, за компанию. Но мне было важно и нужно понять непрописанный нюанс: в смысле, сколько мне ещё дуэлиться-то?

— Кассий, — обратился я к соседу, маркизу вроде бы чего-то там. — Мне бы хотелось с тобой поговорить, приватно, — указал я на второй, библиотечный, ярус гостиной.

— Я не против, Гален, — пожал плечами маркиз и потопал со мной.

А дело вот в чём: в группе которая копошилась у ангара Кудряшки и была мной послана — Кассий был. Но на дуэль меня не вызывал и вообще — нормально общался. И мне нужно было понять нюансы именно «ощущений» аристо. И почему даже не бывшие там на меня лезут, а многие из обозванных придурками лично — не только не лезут, но и нормально общаются.

— Всё просто, Гален. Меня ты не оскорблял, — сделал вычурный жест Кассий, как бы отмахиваясь. — Ты принял Род, твой родич был в опасности. И ты назвал присутствующих придурков — придурками, — улыбнулся он. — А я-то тут причём? — театрально пожал он плечами. — Или это было личное? — поднял он бровь.

— Естественно «нет», — скрутил я не менее вычурную дулю и аристократично ей помахал. — Слова были безадресны, относились к ситуации.

— А значит, на свой счёт их приняли придурки, — хихикнул парень.

— Или имеющие ко мне претензии, по тем или иным причинам, — уточнил, обдумывая, я.