— Сереже пожалуюсь, — заявила Белова на одном из занятий, зажимая рассеченное бедро. — Шрамы покажу, синяки, он тебя побьет.

— Не будешь защищаться, правую кисть отрублю, — пообещал я в ответ. — Вообще замуж не выйдешь, кольцо надеть будет некуда.

Угроза подействовала, все-таки женщина — это женщина. Даже Ашши.

А Серегу я не боялся, он приехал как-то раз, посмотреть, чем его будущая жена занимается. И когда я ей живот проткнул, бросился на меня с кулаками, пришлось обездвижить.

— Привыкай, дорогуша, — сказала ему Ашши, — сам выбирал. Но вы друг другу подходите. Смотри, как Марк прыгает, старается, а толку никакого, один как перст. У Иры твоей сестра есть? Можно страшненькую, ему уже все равно.

— Детдомовская я, — Ира подошла отдышаться, вытирая следы крови салфеткой. — Так что Марку повезло, сестер нет. И Сереженке тоже, тещи не будет.

— Если что, милая, я тебя удочерю, — пообещала Ашши. Пошутила, но все равно и брат, и Ира побледнели сильно.

Но нельзя сказать, что Белова была хорошей ученицей, делать-то она делала все, что ей говорили, только не верила. И когда я раны заращивал, и когда она со ста метров из пистолета в глаз фанерному человеку попала. Да, чудеса, но как-то не ее, несмотря на то, что фигура из фанеры была вылитый я.

— Ты почувствуй, как искорки стекают с твоих рук в оружие, и прямо в цель, — Ашши перешла на веганское питание, и грызла брокколи. Ну а мы остались без завтрака, обеда и двух ужинов. — Когда стреляешь, чувствуешь?

— Да, — Ира готова была заплакать.

— Шиклу в месяц — мало, — повернулась ко мне ани. — Пять.

— Идет, — согласился я. Кот сожрал почти весь запас ману, но последнюю монетку он поглощал с какой-то неохотой, видимо, пресытился. И вопрос с оплатой скорее принципиальный был, чтобы халява на меня с неба не падала, как обычно.

— Ладно, — Ашши покачала головой с сомнением. — Смотри сюда, дорогуша. Что это?

— Кухонный нож.

— Молодец. Встань, закрой глаза, сейчас я тебя разверну, и воткнешь его со всей силой в фанерного Марка. Кстати, он сказал, что у тебя задница плоская и сисек нет, а за такую правду и убить не жалко. Держись за руку, иди сюда. На уровень груди, ему не повредит, этот гад выкарабкивается из любой ситуации. Сосредоточилась? Бей, милая.

Ира открыла глаза, сначала просто, потом максимально широко — нож ушел по самую рукоятку в кирпичную стену дома.

— Как это? — с дрожью в голосе спросила она. И с этого момента у нее все пошло как надо.

Обучение американцев подходило к концу, некоторые даже со своими преследователями подружились, здраво рассудив, что лучше быть вместе с сильной стороной, чем с той, которую бьют, и к концу третьей недели команда карателей выросла до десяти человек. Выросла бы и до сорока четырех, но ребята хорошо помнили, кто их обижал. Месть — тоже своеобразный воспитательный момент, не знаю, как насчет холодной, в этом конкретном случае она была и холодной в виде льдышек, и горячей, как огненные шары, и даже под напряжением в полмиллиона вольт при близком контакте. Следующую партию обещали через квартал, уже побольше.