— Только Серов был против?

— Владлен Павлович — герой, и это не обсуждается. Если бы террористы его не убили, помогал как мог.

— Серова убили с телевизионной вышки, — усмехнулся я. — Пятнадцать километров по прямой.

— Вы ошибаетесь, Марк Львович, ни одна снайперская винтовка с такого расстояния не попадет, да что там, пуля просто столько не пролетит. Мировой рекорд — пять тысяч метров.

Я покачал, чуть сдвинулся влево, загораживая подполковника от его же людей и вообще любопытных. Достал телефон.

— Белова, ты уже закончила?

— О чем вы, Марк Львович?

— Мы с товарищем подполковником о тебе беседуем. Выясняем, жить ему или как Серов — смертью героя погибнуть.

Слышно было, как Ира ойкнула. А вот товарищ подполковник вздрогнул.

— Вашей невестке ничего не угрожало, — твердо сказал Снегов, уверенно ведя машину. — То, что вы сделали, впечатляет, но все же — не боитесь, Марк?

— Чего?

— Нас здесь шестеро. И в остальных машинах люди, думаете, справитесь со всеми?

— Справлюсь, — честно сказал я. — Артур их хорошо тренировал, но для того, чтобы знания усвоились, нужны не месяцы, а годы. За то время, пока ваши будут пытаться заклинание вызвать, они уже все будут мертвы. Вместе со спецназовцами.

Подполковник уважительно посмотрел на меня. Потом решился.

— Очень не хочется жить жизнью подопытной крысы на побегушках, вон, к примеру, девочкам — престарелых олигархов ублажать, или жен их морщинистых разглаживать. С ними ведь особо не церемонятся, хоть мы и на государевой службе. Приходится самим о себе заботиться, раз уж Артур их бросил.

— И вы решили начать с убийства?

— Владлен Павлович уж очень в этой жизни нагрешил, — усмехнулся Снегов. — Жил не очень, зато погиб, как настоящий патриот. И у него в этом деле свои резоны были, там не только деньги, очень ему поперек горла одаренные встали. Он и вас вызвал специально, думал, Вешенский с вами справится, если что. А если нет, то все равно, это же на всю страну — колдуны захватывают детей, убивают полицейских. СОБР первым должен был под удар попасть. Кстати, нужно Серову должное отдать, детей бы в любом случае не тронули. По крайней мере он так распорядился, запись разговора у нас есть.

Я только головой покачал. Человек ищет оправдание убийствам только поначалу, а потом уже это происходит легко и непринужденно, по себе знаю.

— И вы бы Вику оставили в интернате, — подполковник, думая, что меня убедил, — Артур Громов говорил, что у нее большие способности. Что головой качаете? Не верите?

— Отчего же, верю, — ответил я. — Только Вику вам пока не дам.