— Не совсем понимаю планировку, — нахмурилась я.

Дан легко призвал листок бумаги и карандаш, после чего скупыми линиями набросал план этажа. И получалось, что наша общая спальня связана с покоями Хранителя Теней. Вернее, между нашей спальней и личным кабинетом Дана находится его ванная комната. А в кабинет, в свою очередь, можно попасть только из коридора. Ну или через мои покои.

— В личный кабинет допускается только близкий круг, — без тени улыбки пояснил Дан. — Что с тобой?

— Ничего, — я пожала плечами. — Ничего. Я буду рада каталогам.

«Надо же, получается, я сплю в постели, в которой до этого спал Дан». Это порождало какое-то странное, тепло-щекочущее чувство. Ничего подобного мне еще не доводилось ощущать.

Попрощавшись, я вышла в коридор и, ласково погладив стену, попросила Таэсс-Харн сократить мне путь до того места, где находится Ринари.

Замок откликнулся, и я через несколько шагов уткнулась в двери личных покоев Наставницы. Постучав и получив разрешение войти, я толкнула створку и чуть прижмурилась: вокруг стоящей в центре комнаты Ринари летало с полсотни ярких огоньков. Каждый из которых подсвечивал исписанный формулами лист бумаги.

— Мозговой штурм? — заинтересовалась я.

— Да, — сосредоточенно кивнула Наставница. — Я попыталась прикинуть, что может быть встроено в тот затененный участок. Многое пришлось отбросить, и по итогу мы получаем вот это.

Мне в руки спланировали четыре листа.

— Первый — лучший вариант, — принялась объяснять Ринари. — Всего лишь заполненный энергией кристалл, от которого питается рунный круг. Второе — «переговорщик», запрещенный артефакт.

— Пыточный? — уточнила я, вглядываясь в выписанные на втором листе формулы.

— Именно. А вот второй и третий… Они могут изменить суть заключенного в рунный круг человека или зверя. Насчет Теней я ничего сказать не могу, — с горечью произнесла она. — Увы, я пропустила сквозь себя немыслимое количество информации, но о Зеркале Теней не знаю ровным счетом ничего.

Повинуясь приказу Ринари, все листы, кроме тех, что я держала в руках, сгорели.

— Скажи мне что-нибудь хорошее, — попросила Наставница и, добравшись до кресла, тяжело в него упала.

— Сегодня вечером наша с Даном свадьба. — Я положила листы на стол и села в соседнее кресло. — Как ты?

— Тяжело, — криво улыбнулась Ринари. — Магия слушается меня не так хорошо, как прежде. Да и вспомнить то, что когда-то пропустила сквозь себя, тоже непросто. Хорошо, что твой отец был слишком поглощен своими страданиями и забыл о стандартных клятвах.

— Разве не ты должна была прийти к нему и напомнить? — нахмурилась я.