комнат! Видеть вас не хочу!

Наступила несколько ошарашенная пауза. Но увы, длилась она недолго. Всего секунд пять. А

потом Эльдан вкрадчиво поинтересовался:

— А ты не забыла, что разговариваешь с королем, радость моя? То, что ты стала моей

невестой, еще не значит, что я потерплю подобное поведение.

Вот теперь я глаза открыла. Нашла взглядом сидящего на краю моей кровати Эльдана и зло

прищурилась:

— Я не давала согласия на свадьбу! И не дам! А у тебя нет права покушаться на мою жизнь!

Да я не выйду за тебя теперь замуж, даже если ты будешь демиургом этого мира!

— А за меня, радость моя? — вкрадчиво поинтересовался сидящий в кресле у кровати Ран,

наклоняясь вперед и ласково беря в руки мою безвольную лапку.

Эльдан зашипел как контуженный удав, видя такую наглость эльфийского принца. Пришлось

отобрать у Рана ладонь. А то еще, чего доброго, точно начнут драться прямо здесь, на моей

кровати. Тогда эти два олуха попросту затопчут меня и не заметят.

— И за тебя тоже! — отрезала сурово. — Ты чем думал, когда швырял меня в комод головой?

Эльф неожиданно покраснел от смущения, даже кончики ушей окрасились розовым, и потупился:

— Прости. Я не специально. Это как-то непроизвольно у меня вышло.

— У меня тоже, — быстро сориентировался Эльдан. — Я хотел оттолкнуть Райниелиниэля, а

получилось, что оттолкнул тебя. Прости, не хотел.

— Еще бы ты хотел, — проворчала обиженно, не зная, что можно сказать еще. И просто

пожаловалась: — У меня голова болит!

О, как они оба мгновенно засуетились! Вскочили с мест, снова едва не столкнулись, прошипели

друг другу какие-то обидные слова и, наконец, разобравшись в очередности, ринулись вон. Едва

эльф и Эльдан покинули мои комнаты, как наступила блаженная тишина.

Я уже хотела прикрыть глаза и подремать немного, когда тихой тенью к кровати прокралась

Миста:

— Леди Полина! — едва слышно позвала меня она. — Как вы? Меня Его Величество выгнал, еще и

накричал. Будто это я виновата в том, что они поставили на проходе корзины и вы из-за этого

упали и ударились об комод, — дрожащими губами пожаловалась камеристка. — Его Величество в

гневе кричал, что выгонит меня, криворукую, из дворца, а своей невесте подберет другую

горничную…

— Вот своей невесте пусть и подбирает горничных, — ободряюще улыбнулась я камеристке, — а

меня ты вполне устраиваешь! И другая мне не нужна!

Девчонка приободрилась.

— Хотите пить, леди Полина? — робко спросила она.

Пить хотелось. Но еще больше хотелось избавиться от головной боли, которая, кажется,

усиливалась с каждой минутой. Я не шутила, когда говорила Эльдану, что у меня болит голова.