* * *

Неделя выдалась относительно спокойной. Если, конечно, не считать, что в среду в гимназию всё же нагрянули телевизионщики. Но София их видела всего ничего. Их с Алей и Светой, которая тоже училась с ними в классе, сняли десять минут на уроке, а интервью в основном давали директор и преподавательский состав. Потом ещё Софию с Мариной и Кристиной-первой попросили пройтись по коридору и остановиться возле витрины с их кубком и будто что-то пообсуждать. Аля авторитетно сказала, что это пустят на фоновую картинку, чтобы не одного вещающего директора или какого профессора показывать, а разнообразить изображение.

Ник пропадал на тренировках. Федорчук там за них взялся серьёзно. А София продолжила читать историю про мальчика-волшебника, которая закончилась вечером в четверг. Рукопись Ника оказалась довольно любопытная, хотя и понятно, почему цензорам история не понравилась. «Волшебники» оказались слишком могущественными и умеющими использовать магический поток не просто для внутреннего усиления, а чтобы менять мир вокруг. В общем, наверняка с точки зрения тех, кто боится новой эпохи расцвета магии, очень неоднозначно… И всё же… София ощущала эту радость мальчика Гарри, когда тот понял, что он волшебник. И его очарование скрытым волшебным миром, школой Хогвартс и Косой Аллеей, где продавались всякие артефакты и книги, новыми друзьями, которые были такими, как он сам, а не боящимися магии до визга обывателями. Несмотря на всякие трудности, опасные приключения и встречу с Тем-Которого-Нельзя-Называть, Гарри учился быть волшебником. Да и неизвестность всегда будоражит и страшит, это София знала по себе…

И эта история одновременно будила воображение и… казалась такой реальной. Словно совсем рядом и правда могли жить настоящие волшебники, часть тех магов прошлого, которые смогли выжить и скрыться после войны, сохранить историю магии, знания, книги, которые были сожжены тысячами. Эта мысль не давала Софии покоя, и, закончив с историей Ника, она… Просто решила кое-что проверить.

София закрылась в ванной с выключенным светом, села на закрытую крышку унитаза и, сосредоточившись, активировала поток, затем вытянула руку, концентрируя магию на кончиках пальцев, и прошептала:

— Люмос! — и вздрогнула, когда её ладонь осветил крошечный источник, словно в воздухе загорелся газовый шарик с бело-синими всполохами. На ощупь тот оказался совершенно холодным.

— Н-не может быть… — София остановила поток, и шарик света исчез.

Она не могла поверить.

— Люмос! — на этот раз шарик тоже появился. Даже как будто покрупнее, чем первый.