Заражённые расположились там в самом большом аквапарке Южной Америки, Понта Дюнас. Учитывая популярность этого места среди туристов, работать в этом месте нам придётся аккуратно. Мне не хотелось навредить экономике Бразилии, устроив там бойню.

Конечно, можно было бы вообще провести ликвидацию ночью. БлагоНавыков для этого имелось достаточно. Но я выбрал другой, более сложный вариант. Это будет нужно мне самому для оздоровления психики. Обсудив с жёнами предстоящую тактику, я пошёл вКабинет , чтобы поменять свои габариты.

От необходимости временно снова превратиться в Прапорщика, меня сейчас слегка коробило.

* * *

Суббота (20.04)

После очередногоРейда в Форталезу я понял, что моя фобия насчёт примененияМетаморфа для снижения роста и габаритов пропала полностью. После аквапарка я потом специально применял этотМод ежедневно, стремясь избавиться от полученной первого апреля душеной травмы.

Даже дома до сна пребывал в скукоженной форме, вышибая из своих мозгов клин клином. И справился же, смог победить недуг, вылечился! Жёны были этому рады не менее, поэтому вернувшись сейчас домой, я поцеловал встретивших меня Ингу и Дору, которые были чуть более жизнерадостными.

Хотя скорее всего их радость при виде излечившегося меня была вызвана тем, что эти жёны сейчас вРейд не ходили, а занимались тренировками подБустом . Сапёрша получила его за свой новый сорок седьмойУровень , а медиумша — за сорок четвёртый.

Спросив у них, как проходят тренировки, я похвалил обеих тружениц за успехи, после чего прошёл в свойКабинет . Восстановив свой организм до истинных размеров и переодевшись, прошёл на ужин, чтобы пополнить калории. Наполняя желудок, прислушивался к себе.

С огорчением осознал, что если от страха вновь оказаться в шкуре Прапорщика я уже избавился, то вот он боязнь клонов осталась прежней. Вспоминать о них я теперь вообще избегал. Если вдруг всплывали их образы, то мне потом снились кошмары. Последний приснившийся был особенно жутким.

Там было будто бы Слон на Людином столе вдруг ожил. Он достал свою голову из банки и приладил её к шее. Потом встал рядом с хилершей, будто живой. Стоял, словно часовой и говорил в пустоту: «Что же ты мне на выручку не спешишь!». А меня там вообще не было! Я в это время бежал к нему по коридорам. Ноги у меня были уже иссечены, на боках кожа клочьями висела, глаза помутились, а изо рта кровавая пена сочилась.

Короче — клиника! Я сейчас порадовался тому, что Доре об этом не рассказал, так как она бы меня потом лекарствами накачала. Исходя их всего этого, я теперь гнал от себя любые мысли о клонах. И за почти три недели после розыгрыша надо мной ни разу не воспользовался этими полезными и безобидными биоприборами.