Все женщины кроме меня и Греты выслушав доклад Марики покинули гостиную с целью перетрясти свой гардероб. А оставшиеся занялись сбором Переслава.

— И не дуйся как мышь, на крупу. — поучал его дед. — Лучше спроси сестру о необходимых вещах, которые тебе следует взять. Бери с расчетам на 4 — 5 дней. Раньше вряд ли управитесь.

Дальше средний брат услышал только четкие распоряжения Рианон Грете. Брать не дорожный замшевый саквояж, а походный рюкзак. Какие именно вещи и в каком количестве. Что наденет на себя молодой господин для отправки. Последнии пять необходимых вещей его озадачили. А вот лера Богочи только одна.

— Зачем еще одни сапоги, а домашнии тапочки то для чего? — не выдержал подросток.

— Чего непонятного-то, — пробурчал дед. — Одни промочишь, поставишь сушить, другие пока оденешь. Не известно, как там бытовые маги смогут ли еще к вечеру магичить. Нагрузка там у них будет дай боги чтобы не свалились с магическим истощением. А тапки, чтобы ноги от сапог хоть изредка отдыхали.

— А одеяло зачем? — воскликнул Слав.

— А ты что думаешь тебе там все удобства создадут с красивой кроваткой и мягкой постелькой. Нет, мой мальчик, условия будут самые, что не наесть, походные. Так что права твоя сестра: найдут место посуши и поставят палатки. А там только тоненькая скатка, чтоб не на голой земле спать. Так что на один конец одеяла ляжешь, а другим укроешься. А вот чего я не понял, так зачем ему туда тащить ведро с молоком?

— А перчатки рабочих каменщиков зачем? Да еще целый десяток? — снова спросил Слав.

Как только выяснилось, что самые не убиваемые перчатки, это перчатки каменщиков, я разумеется тут же предложила их взять с собой. Но Грета сказал, что такого отродясь в доме не бывало. Да и зачем они купцам то? Нисколько не расстроившись я отправила за целым десятком Марка в лавку.

— А перчатки — это дело! — восхитился старик. — Внук, сестра то у тебя голова! Там такой погром, после лавины будет. Магией, как не старайся все не уберешь. Что-то придется делать руками. И неубиваемые перчатки каменщиков самое то, думаю, будут. Говорю же голова она у нас! Так а теперь объясни зачем целое ведро с молоком?

— Дедушка, — начала я издалека, — когда мы были с утра сегодня в храме, служительницы как раз обсуждали что им необходимо чтобы принять пострадавших женщин и детей. Особое внимание они уделили совсем маленьким. Тем которые еще совсем ничего кроме молочка есть не могут. А поскольку переброска оттуда еще не началась, то что они там то едят?

Потрясенные лица Деда и Слава были мне наградой за мою прозорливость.