— Да, сутки, — Катя кивнула. — Он много матерился и обещал сделать из меня свою подстилку.

Я усмехнулся.

— Самоотверженно. Что-нибудь ещё?

— Много разных оскорблений, но вроде больше ничего, — Катя пожала плечами.

— За подстилку он ещё ответит, — я поднялся с дивана и посмотрел на Катю. — Сообщи мне, когда он тебе перезвонит, если перезвонит и что ответит. Это важно. Сама старайся никаких условий не ставить. Если что, скажи, что дашь свой ответ в течение часа, я за это время успею что-нибудь придумать. Так и…

Я посмотрел на Марию. Для неё у меня уже была уготована роль в одном очень хитром плане, но, как его провернуть, я пока не представлял.

— Мария, ты ведь сильная девушка? — я язвительно улыбнулся. — Да? А артистичная?

— К чему ты клонишь? — Мария напряглась.

— Кажется, я придумал, как можно сделать так, чтобы ты здесь не заскучала и не профукала свой талант. Не хочешь внедриться к Щуке и стать двойным агентом?

— Чего⁈ — Катя и Мария подскочили с дивана.

Я знал, что девушки воспримут моё предложение резко и крайне отрицательно, а потому подготовился. Когда градус в гостиной начал накаляться, я положил на стол два листочка, которые мне любезно предоставил Соколов. Я попросил его об этом ещё до того, как уехал в Германию. Этот разговор состоялся ровно в тот момент, когда я ехал к аэродрому.

За тридцать минут до вылета в Германию.

Где-то на трассе.

— Олег Дмитриевич? Доброго утра. Вы уже не спите?

В трубке раздался громкий зевок, а следом за ним неразборчивое бухтение. Похоже, я его разбудил. Звонить пришлось на рабочий. Его личный номер почти всегда выключен. Видимо, не хочет, чтобы его лишний раз дёргали в рабочее время. Значит ли это, что он всё ещё на работе? Уснул прямо в кабинете?

— Пока ты не позвонил, я спал. Недавно уснул, работал в офисе. Можно сказать, что ты мне не сильно жизнь звонком попортил, — он снова зевнул. — В любом случае, и тебе доброго утра, Громов. Зачем звонишь в столь поздний час?

— Дело есть к вам, очень важное. Боюсь, с ним сможете справиться только Вы, — я резко крутанул рулём, обгоняя медленно плетущуюся малолитражку. — Сможете организовать документы и подать за меня заявление на брак с Катей и Марией?

— Чего? — Соколов, кажется, окончательно проснулся и взбодрился. — Какая муха тебя укусила, Громов? В контракте прописан год, зачем торопить события?

— Я и не тороплю. Вы прекрасно знаете, куда я сейчас отправляюсь. Хочу к возвращению обрадовать девушек. Это точно укрепит наши с ними узы, я не хочу их терять. Напротив, хочу оберегать и защищать. Если мы подадим заявление, им будет проще жить вместе и относится к друг другу они станут намного лучше. Понимаете?