Это в очередной раз доказывает, что люди не на всё способны и никто не может управлять своей судьбой так, как пожелает. Даже Знатные. Но, глядя на Рому, я точно могу сказать, что он мне нравится. В нём нет горечи, нет грусти, он очень весёлый и, кажется, свыкся с тем, как ему предстоит провести остаток своей жизни.

Чем-то он напоминает мне Митяя. Он тоже знал, что всю свою жизнь проведёт в посёлке, но всё равно верил в лучшее. Так и Рома, он даже шутит над собой и презирает тех, кто пытается его жалеть. И вспомнил я, где его видел. Он был на дне рождения Кати, я точно его помню.

Вот только сам он, оказывается, знал меня ещё задолго до этого. И когда я об этом услышал, то впал в ступор.

— Постой, ты хочешь сказать? — я поставил пустую стопку на стол. — Что это ты тогда был в том особняке? Это ты говорил со мной через динамики?

Я попытался вспомнить тот день, когда выполнил свой первый и единственный заказ, как наёмник. Помню я того истеричного паренька, который общался со мной через динамики в доме и заплатил в три раза больше, чем изначально планировал. Так это был он?

— Верно, Саша, — Вишневский улыбнулся. — Это был я. Ещё тогда ты меня заинтересовал, но я так и не смог узнать, кто ты такой. У наёмников слишком закрытая база данных своих исполнителей. Даже я не смог узнать твоего имени.

Вот это очень хорошо. Ведь иначе, он бы точно удивился тому, что раньше я был Багратионом, а тут вдруг стал Громовым. Очень хорошо, что об этом знает так мало народу. Иначе у меня могли бы возникнуть дополнительные проблемы. Хотя у меня и так их дофига.

— Стоп, а как тогда ты про меня узнал? — сделал вид, что забыл о том, что видел его на дне рождении Кати.

— Благодаря нашей общей знакомой, — Вишневский посмотрел мне в глаза. — Графине Соколовой. Насколько мне известно, она твоя девушка. Я видел тебя на её дне рождения. Мне казалось, ты тоже меня видел. Неужели забыл?

— Да, прости, — я виновато улыбнулся. — Так получилось, что в тот вечер у меня были серьёзные проблемы. Из головы всё вылетело, сам понимаешь.

— Удивительно, как ты пропустил мимо такую бандуру, — Вишневский стукнул по коляске. — Обычно все только на меня и пялятся. Хотя Катя никогда этого не делала. Она похожа на тебя и общается со мной на равных.

— Поэтому она и моя невеста, — я улыбнулся, подмечая деталь, о которой Вишневскому не было известно. Его глаза расширились от удивления, но он не стал акцентировать на этом своё внимание. — А бандуру твою не заметить сложно, это ты прав. Мощная, небось? Сколько лошадок?

— Лошадок? — Вишневский удивлённо вздёрнул бровями, но быстро понял, что я над ним подшучиваю, и вернул лицо спокойное выражение. — Достаточно.