— Ушел значит… — появился в комнате Лев, — но вернется ли…

Пришел, заставил задуматься и ушел, даже не дав задать хоть один интересующий меня вопрос…Хотя нет, лишь подтвердил что он, как и родители живы.

Пробраться в женское общежитие, чего только не сделаешь ради того чтобы сделать предложение, только вот вокруг него постоянно находится пятерка охраны, а на входе сидит бдительный администратор с пистолетом-пулеметом. Так что пришлось мне использовать часть своих способностей и взбираться на открытый балкон пятого этажа, который примыкал к комнате, где жила болгарка… Благо дверь на балкон оказалась не заперта.

Услышав шум душа, я некоторое время размышлял о том, чтобы присоединится, но решил не портить момент и просто стал ее ожидать в кресле.

Выйдя из душа нагой, Виолетта весело что-то напевала, расчесывая мокрые волосы, после чего проверила телефон, а затем ее взгляд оказался прикован ко мне, а спустя миг она прикрылась руками… А затем убрала их и уперев руки в боки, возмущенно заявила:

— Это был плохой сюрприз!

— Прости, я не смотрю, — закрыл я глаза ладонью.

Да смотри, мне не жалко, — вздохнула Виолетта, — только вот я испугалась, когда вышла из ванной и обнаружила нежданного гостя в кресле.

— А ты совсем другая…

— Я устала за день и позволила себе расслабиться, кофе будешь?

— Не откажусь.

— Пошли тогда, думаю, я догадываюсь, зачем ты вот так пришел, — улыбнулась она.

Нисколько не стесняясь, даже напротив, покачивая бедрами, Виолетта принялась готовить мне кофе, а я просто наблюдал за ней, пожирая взглядом. Подобное, девушке нравилось, но вот…

— Не надо говорить взглядом как сильно ты меня хочешь, сказала же после свадьбы…

— Только вот так откровенно дразнить меня не надо… Не сдержусь.

— А сил тебе хватит? — хитро улыбнулась она, поставив передо мной кружку.

— Мы можем это легко выяснить.

— Какой ты грозный, — улыбнулась она.

И неожиданно забралась ко мне на колени, поджав ноги и быстрыми движениями пальцев, расстегнула на мне рубашку, а я положил ладони на ее ягодицы, спокойно посмотрел в глаза и обнаружил, что она нисколько не хочет этого, убрал руки. Не было румянца или какого-то смущения, простая игра.

— Ты меня раскрыл, — вздохнула она, — пока что я вообще не вижу себя в образе ни жены, ни любовницы, ни тем более матери… — Прости, Вениамин. Конечно, я соглашусь с требованием своей бабушки, но вот… Не люблю я тебя, прости. — Довольно прохладно ответила она и попыталась встать, но я не позволил, обняв одной рукой, — что ты делаешь? Пусти меня.

— Выйдешь за меня? — другой рукой вытащив коробочку, я открыл ее и продемонстрировал кольцо.