— То есть, я засунул сраную душу в твое хладное тело, а ты взъелась на меня из-за сиськи? — сам был в шоке от того, что сейчас произнес. — Не из-за того, что узнала, что я не тот, кем являюсь? А из-за потери груди, которую восстановить можно? Ты адекватная вообще, Таня?

— Это хуже жизни! — по ее щекам потекли слезы, на которые я не обратил внимания после того, как узнал истинную причину обиды принцессы. — Меня и так недолюбливают почти все, а теперь еще и это. Какие слухи пойдут, а?

— Тебе сиську новую не отрастят, или что? Я не понимаю причины твоего недовольства, — резко шагнув вперед, сдернул майку вниз, чтобы прикрыть обнаженную часть тела. — Главное, что ты жива осталась.

— Кто ж мне теперь все восстановит? — руки девушки обессилено рухнули вниз.

— Лекарь, пластический хирург в конце концов, — развел я руками.

— Если я пойду к хирургу, об этом сразу узнает вся империя, — обречённо сказала Татьяна. — А лекарь… Восстановить утраченную часть тела, которой организм не помнит, практически невозможно. Нет таких лекарей в нашей стране, больше нет. Лет пять назад был, а теперь нет.

— Ты о Донском?

— Надо же, какой ты догадливый, — разум Татьяны переключился в защитную формацию, и девушка начала язвить.

— С этого момента за каждый твой подобный выкидон я начну тебя наказывать, Татьяна, — мой голос наполнился холодом. — Твоя жизнь, как и душа, теперь принадлежит мне, — я лукавил, конечно, но она-то об этом не знает. — Так что советую, сначала думать, прежде чем что-то сказать или сделать.

— Чудовище, — прошептала Романова и рухнула на колени. — Тот псих был прав.

— И что? — усмехнулся я, однако ответа не услышал. — Сейчас ты поднимешься, утрешь слезы, и мы вместе вернемся в лагерь. Где с остальными можешь вести себя, как пожелаешь. Мне плевать.

Татьяна меня словно не слышала, погрузившись глубоко в себя. Я резко поставил ее на ноги, влепив ободряющую пощечину.

— Я хочу, чтобы ты знала, — начал я, когда увидел в глазах девушки осознанность. — Мне нет дела до того, чем ты будешь заниматься после службы в Страже. Я не собираюсь возвышаться за твой счет, принуждать к чему-то или еще что-либо. Мне не нужна обуза вроде тебя. Но пока мы находимся здесь, в этом лесу, ты полностью мне подчиняешься. Надеюсь, это понятно? — девушка осторожно кивнула, на что я погладил ее по щеке. — Вот и умничка. А свое увечье сможешь вылечить, когда будешь в столице, зайдя на чашечку чая в гости к Донским. Думаю, Игорь Владимирович, которого я на днях вытащил из Рифта, не откажет тебе в помощи.

Оставив шокированную девушку стоять на месте, я направился к открытому Кей порталу, который вел обратно на территорию лагеря.