И сейчас видимая мною сила в душе противника пришла в движение. Я приготовился уклоняться. И не зря: парень на бегу направил в мою сторону руку, и с нее слетела водяная пуля. Да с такой скоростью, что я с трудом смог увернуться, хоть и был готов к чему-то подобному. Повезло, что на подготовку подобного рода атаки, моему противнику требуется несколько секунд. Значит, что закидать ей он меня не сможет, к тому же я запомнил паттерн этой техники.

Больше атаковать дальней атакой Валерьянов меня не стал. Напитав еще сильнее покров, он сблизился со мной, и мы скрестили наши мечи. Парень совершил ошибку: не стоило со мной сближаться. На дальней дистанции у него были бы хоть какие-то шансы, а теперь я ему просто не позволю отступить.

Владел клинком мой соперник достойно, но тот же Савельев был куда лучше. К тому же теперь я могу пользоваться Даром. Но сразу наседать на противника не стал, решив изучить его получше, чтобы самому не допустить ошибки. В основном блокируя атаки Валерьянова и изредка контратакуя, я прощупывал его и находил слабые места.

В определенный момент я увел меч противника и на инерции, прокрутившись на месте, впечатал ему в грудь с ноги, предварительно напитав ее Тенью. Покров пробить я не смог, но заставил пошатнуться, что дало мне шанс развить свою атаку.

Заставив свой клинок исчезнуть в Тени, сходу ударил кулаком в голову противника и сократил дистанцию. Теперь его меч бесполезен, так как я слишком близко. Начал работать по корпусу Валерьянова, просаживая его покров, пока он не мог решиться бросить свой меч, чтобы перейти в рукопашный бой. Наконец, после очередного пропущенного удара в челюсть, он откинул свой меч в сторону и начал сражаться руками.

В бою без оружия я был безоговорочно лучше него, поэтому без особых усилий смог оттеснить его в сторону от брошенного им клинка. Когда до меча расстоянии стало около двух метров, я сделал шаг назад, вызвав непонимание на лице Валерьянова, который уже тяжело дышал, но покров держал ещё уверенно.

Выхватив свой меч из Тени, направил его остриём в сторону противника, который пытался взглядом найти свое оружие. И он его нашел, вот только поднять его он никак не сможет, так как между ним и его мечом сейчас находился улыбающийся я.

Напряжение на лице Евгения, казалось, достигло пика, но тот, резко выдохнув, поднял руку и произнес:

— Я сдаюсь, — мне пришлось опустить оружие. — Ты меня переиграл, — я бы еще добавил, что уничтожил. — Считаю, что конфликт между нами исчерпан, а перед девушками я извинюсь позже.

— Вот и ладушки, — я убрал клинок в ножны и отправился в помещение, где смогу умыться и переодеться.