А ещё пришла первая партия порченого золота, которая пока отправилась на общий склад, ввиду небольшой ценности. И о судьбе моего случайного козыря тоже необходимо было пообщаться. В Приборово жил один ювелир, обладающий талантом, и я собирался предложить ему работу. Для начала несколько небольших амулетов, вроде того, который я видел на груди Светланы Скоробогатовой. Если уровень Эха меня устроит, то сотрудничать станем на постоянной основе. В точке столь мощной концентрации Скверны — девушка смогла заглушить голос Шепчущего Колдуна, и я уверен, что это заслуга не её внутренней дисциплины, а именно амулета. Небольшой кусочек порченого золота обеспечил надёжную защиту, и это надо использовать.

На будущее у меня на примете было несколько ювелиров из Малориты и Кобрина. Объёмы работ нужны большие. Что-то в закрома, что-то на продажу. Но с этим я буду разбираться позже. Тем более что в Кобрине ожидалась местная выставка художников Брестского района, которую мне просто необходимо посетить и поработать меценатом. Скромные и талантливые гении очень нужны и важны. Берут немного, а энергии от их работ…

Я даже знал, где поставлю небольшой павильон с лучшими творениями.

— Ваше благородие! — пока я шёл к «Логову Друга», где меня уже ожидала Паулина и Туров, с приехавшими наёмниками — меня нагнал Снегов. — Уделите мне минутку, пожалуйста.

— Конечно, ваша доблесть.

— Я поговорил с людьми. Согласились идти все, — сказал он, как само собой разумеющееся. — Поэтому мне пришлось приложить некоторые усилия для того, чтобы сократить число желающих.

Ни единый мускул не дрогнул на моём лице. Уверен, витязь мог быть убедителен со своими людьми. И не удивлюсь, если часть добровольцев была таковыми назначены.

— Я отобрал двадцать человек для операции, ваше благородие. Лучших. Остальные останутся здесь и будут нести службу. Я не имею права оставить Конструкт без охраны. Однако мне нужно знать финальное число в группе. Насколько я понимаю, мы ограничены в средствах передвижения.

Мы шагали бок о бок.

— Совершенно верно, — сухо ответил я.

У нас под седло готовы встать не больше пятидесяти лошадей, а пешие будут только задерживать всю группу. Однако это уже будем обсуждать вечером, на финальной встрече.

— Я рискую должностью, отправляя бойцов за пределы вверенной мне области, — напомнил витязь. — Было бы здорово, если бы ваш ответ содержал больше деталей.

— Непременно ваша доблесть. Но позже. Насчёт риска… Если у нас получится, об этом узна́ют все.

— И мне бы хотелось оставить информацию об участии имперской армии как засекреченную, — вкрадчиво добавил Снегов, с выражением лица, словно предлагал обменять жевательную резинку на карманный фонарик. — И ещё, ваше благородие. Я прошу вас не впутывать в эту операцию вашу гвардию.