— Уверяю вас, такую просьбу я точно не забуду.

Когда она вышла, почти сразу принесли ужин. Конечно, не рябчики, но вполне себе съедобная котлета с гречневой кашей. Может, не очень благородно, но вкусно и сытно.

Личный психомант Его Императорского Величества — это серьёзная история. Вряд ли он будет копаться только в тех событиях, которые ему назначит жандармерия. Мои мысли и знания в слепках не отразятся. Для Государя это будет как кино, и длительность показа зависит от его личного интереса.

Законов никаких я последние дни не нарушал, вроде бы. Если только не учитывать Волгина с устранением наркоманов. Кстати, он давно не выходил на связь. И это как никогда кстати.

Главное, чтобы человек Императора не докопался до Люция. Потому что это будет, право, совсем некстати.

В кабинете для допросов «лиц благородного сословия» тоже были репродукции картин. Здесь в основном находились работы с исторически-политическим уклоном. Казнь князя Сурганова, предавшего Российскую Империю ради титула в Венгрии. Жалкая смерть гетмана Полыньи в снегу, окружённого русскими казаками с пиками. Идущий на виселицу Ричард Лаенхорд, первый губернатор освобождённой Аляски. Спина согнута, со сторон зевак летят тухлые картофелины, символ «Картофельного Бунта» проплаченного Перуанским протекторатом и едва не лишившим Российскую Империю плацдарма на материке. Были и другие персонажи, но объединяло их всех одно: печальная судьба благородных людей, выступивших против государства. Милая психологическая обработка ожидающих допроса аристократов. Мол, смотрите, чем всё закончится. Я с интересом изучал картины, жалея, что не могу осмотреть оригиналы. Некоторые бы себе забрал с превеликим удовольствием. Даже без Эха они обладали особым шармом и передавали эмоции предателей, оказавшихся перед лицом смерти.

Когда дверь открылась, я повернулся к вошедшему и не поверил глазам.

— Я смотрю, Михаил Иванович, вам спокойно-то совсем не сидится, — сказал психомант, которого нашёл мне Олег «Билли» Кожин. Иннокентий закрыл за собой дверь и прошёл ко столу, положил сверху тонкие перчатки.

— Неожиданная встреча… — признался я. — Простите, не помню как вас по отчеству.

— Вы и не знали. Но раз судьба свела нас во второй раз. Иннокентий Игнатьевич Игнатов, — представился психомант. — К вашим, если можно так сказать, услугам.

— Я боюсь спросить, кто же такой «Билли», — покачал головой я. — Раз личный психомант Его Императорского Величества приезжает по его просьбе в захолустье, в перерывах между рабочими командировками.

— Правильно делаете, Михаил Иванович, что боитесь, — загадочно прокомментировал это психомант. Испытующе поглядел на меня. — Ну-с… давайте приступим? Государь просил сделать всё максимально быстро, но без травм для вас. Драться же не будете в этот раз?