— И как вы собираетесь это сделать?

— Я, собственно, и прилетела, чтобы обсудить с аргентинскими властями этот вопрос. Но мне несказанно повезло встретиться непосредственно с вами, и уже через пять минут я смогу вам ответить, как я это сделаю. Или не сделаю, если вы сочтете, что это не нужно. Но чтобы вам ответить, сначала я должна вас спросить: вы знаете книгу «The Woman with the Whip»?

— Я ее читал…

— И каково ваше мнение о ней?

— О книге?

— Да, именно о книге.

— Видите ли, я уже был достаточно взрослым, когда происходили описанные в ней события, и могу с уверенностью утверждать, что она мало чем отличается от ваших детективов: вроде и интересно, но все представляет из себя плод необузданной фантазии.

— Вот с последним вашим утверждением я все же не совсем согласна: я-то все выдумывала только чтобы читателю дать интересную сказку, а книгу писала дама, люто ненавидящая тех, о ком пишет — но все же вынужденная скрывать свою ненависть. Потому что все, кто слышал последнее обращение, плакали…

— Не буду спорить: я тоже стоял там и тоже плакал. И даже сейчас не стесняюсь этого.

— А я хочу заставить всех снова заплакать, но не только аргентинцев, но и всех людей в обеих Америках. И в Европе тоже — но мне нужна поддержка… скажем, небольшая политическая поддержка. Мне нужно, чтобы вы — я имею в виду правительство Аргентины — не возражали против такой, извините за прямоту, рекламы вашей страны в мире. И вот когда каждый американец, каждый европеец даже будучи разбуженным в три часа ночи после грандиозной пьянки, не открывая глаз сможет показать на карте Аргентину, бизнес здесь расцветет довольно быстро.

— Чтобы расцветал бизнес, нужны деньги. Большие деньги.

— Согласна, потому давайте перейдем в обсуждению финансовой стороны вопроса. Если Аргентина будет получать в качестве роялти хотя бы десять процентов…

Спустя двадцать минут Хуан Карлос задал свой последний вопрос:

— И когда вы планируете запустить… вашу рекламную кампанию?

— Летом. Нашим, советским летом. Я, знаете ли, работаю учительницей музыки в школе, а дети освободятся только в начале июня.

— А донна Фиделия?

— Она, конечно, очень опытный дирижер, но даже она не успел подготовить труппу свой консерватории раньше. Поэтому раньше просто не получится… так что пока мы попробуем наладить взаимовыгодную торговлю. Именно попробуем, поначалу объемы ее будут невелики — но потом… Я более чем уверена, что Британия для вас станет лишь слабым воспоминанием о потерянных деньгах.

— Хорошо, мы подождем. А с вашим торговым представителем… он сейчас в посольстве остановится? Завтра сотрудники нашего министерства его посетят и договорятся о проведении серьезных переговоров. Спасибо, я был очень рад нашей встрече.