Я провожу пальцами по татуировке на его ребрах и задумчиво спрашиваю:

— Лука… все хотела спросить. Кто такая Миранда, из-за которой ты сделал эту татуировку?

Лука не ответил. Смотрит на меня. Задумался. При этом, взгляд его стал жестким. Я была удивлена его молчанием. Обычно, он легко отвечал мне. Меня это задело. Ревность к неизвестной девице, что лишила моего мужчину дара речи одним только упоминанием о ней, накрыла мое сознание с головой.

— Не хочешь говорить о ней?

— Обычно да, не хочу. Но ты, Саби, моя будущая жена и мне бы не хотелось чтобы у нас были тайны друг от друга…

— Если это что-то грустное, то не нужно. Не мучь себя. Она что, умерла? Прости, что заставила тебя об этом вспомнить.

— Нет. Она не умерла. Это я умер в тот день когда мы расстались… Это случилось восемь лет назад. Я был моложе, глупее и звали меня иначе. Жил за границей, на Кипре. Занимался не совсем легальной пересылкой неких грузов в нашу страну. Круг моих знакомых был гораздо хуже, чем друзья твоего отца. Но самым опасным из них был некто Испанец. Он крышевал все сделки в порту. Именно его женщиной и была Миранда. Даже за откровенный взгляд в ее сторону, можно было получить нож под ребра.

Мне было двадцать пять, ей тридцать. Как только увидел ее, понял, что пропал. Просто помешался на ней. В один из дней когда мы остались одни, сказал ей прямо, что я хочу на ней жениться и увезти с собой. Она посмеялась надо мной. Но я не терял времени и заткнул ее смех своим ртом. Чем больше она сопротивлялась тем настойчивее были мои поцелуи.

Чтобы я отстал ей пришлось приставить реальную пушку к моей голове. Но она не тронула меня и любовнику своему об этом не рассказала. Через два дня, ночью, Миранда сама пришла ко мне в отель без предупреждения. И это был самый жаркий секс в моей жизни. Так мы стали любовниками. Встречались тайно почти год. Это она взяла меня на «слабо», сказала что я не сделаю пирсинг на члене… Я сделал. И татуировку эту я набил намеренно, хотя она была против. В день когда мы с ней расписались, Миранда тоже сделала себе татуировку с первой буквой моего имени на запястье.

— Вы расписались⁈

— Да. В местной мэрии. Когда Испанец об этом узнал, грозился убить меня и отобрать у нее их ребенка. Эмилю, их сыну, было около десяти лет или чуть больше. Я часто проводил время с ним. Сейчас он уже совсем взрослый… Ну… вот, прошло еще три месяца и мои дела после ссоры с Испанцем стали очень плохи. Работы не было, со мной боялись связываться. Мы стали ссориться с женой из-за денег. На те сбережения что остались у меня я решил увезти Миранду и ее сына с собой на родину. Поговорил с ней. Она не ответила сразу. Но в итоге, отказалась ехать. Сказала, что любит меня, но не уедет, иначе муж отберет у нее сына… Добавила, что я беден и не смогу обеспечить тот уровень жизни к которому она привыкла.