Эмму на этот раз я с собой не взял. Поскольку мы будем заняты и не сможем контролировать ситуацию в квартире, то ей придется за нами присмотреть. Ну и лэна Даорна оставлять без присмотра, разумеется, было нельзя, потому что модуль йорка для этой задачи откровенно не годился.

Создание нужного сна мы с Арли, не сговариваясь, тоже решили оставить на моей совести. Так было привычнее. Но я, как обычно, не мудрил и по старой традиции создал гостиную Даруса Лимо. Одновременно со мной туда пришла притянутая обрядом Арли, причем сейчас, раз уж мы связали ауры, она смогла до меня дотронуться и получила точно такие же права, как когда-то Эмма.

Ну а самым последним сюда явился мастер Майэ.

Более того, даже толком не оглядевшись и полностью доверяя моему сну, он сразу же прошел к единственной двери. Положил на нее морщинистые ладони. Немного постоял с закрытыми глазами, что-то там поколдовал, настроил. После чего нажал на дверную ручку, причем, насколько я видел, сдвинуть дверь с места ему удалось с некоторым трудом. А когда она открылась…

Хм.

Честно сказать, я еще ни разу не видел, чтобы за дверью царила кроваво-красная хмарь, да еще с таким насыщенным черно-багровым подтоном на заднем плане, словно там недавно случилось массовое жертвоприношение.

А еще я заметил, что внутри этой хмари были натянуты тонкие, белесоватые, чем-то напоминающие обычный целлофан перегородки. Причем натянуты не бессистемно, а радиально, как спицы в колесе. И шли от одной-единственной точки, которая спряталась где-то глубоко внутри. Между перегородками клубилась та самая кровавая хмарь. А вот что творилось внутри нее, было пока неясно.

При этом холода хмарь не источала. Визуально казалась достаточно рыхлой, то есть через нее наверняка можно было пройти. Тем не менее мастер Майэ, когда ее увидел, явственно помрачнел. После чего отступил от двери и знаком велел нам подойти.

— Что ты видишь? — осведомился он, когда я встал рядом.

Я пожал плечами и вкратце описал свои ощущения.

— А ты? — повернулся он к Арли, когда я умолк.

— Я вижу на некоторых перегородках пятна, — сообщила девочка. — Они темные. Как плесень. И есть вероятность, что именно в этих местах их можно попытаться разрушить.

— Уже хорошо, — слегка посветлел лицом мастер Майэ. — Сколько перегородок вы видите?

— Десять, — сказала Арли.

— Семнадцать, — спокойно признался я. — У меня спектр зрения шире.

— То есть у нас не просто закрытый сон, а сразу семнадцать вложенных снов и как минимум семнадцать жертв, сознание которых заперто внутри ловушек, — заключил учитель. — И все их вам нужно постараться взломать.