Одевшись, я вышел из квартиры, предупредив бригадиршу, что буду дома, скорее всего, ближе к вечеру, на что она так же радостно ответила, что они будут работать допоздна, так что я могу не беспокоиться и приходить к десяти часам, не раньше. Ведь им нужно уложиться в сроки, а значит – работать будут не по восемь часов.

Убедившись, что ближайшие десять дней писанина моя накрывается медным тазом – по понятным причинам, я пошел по ступеням вниз, решив спуститься по лестнице, а не с помощью лифта. Нет, не потому, что он был жутким чудовищем, страшно лязгающим металлической дверью (древний раритет, черт подери!). Просто надо больше двигаться, поддерживать физическую форму. Как показывает практика – и в этом якобы тихом и спокойном мире не все так ладно, как выглядит снаружи.

Я ничуть не переживал насчет вчерашнего убийства милиционеров. Мне их было абсолютно не жаль. Наоборот – я был даже рад, что они нарвались на меня, а не на какого-то неспособного дать отпор человека. Представляю, сколько несчастных они обобрали, унизили, оскорбили, а то даже и убили. Я как-то сразу поверил этим тварям, когда они сказали о людях, пропавших в тоннелях московского метро. Запросто могло быть. Тоннели метро сообщаются с подземельями под Москвой, а там может быть все что угодно. Диггеры не все врут о подземельях Москвы…

Когда спустился до второго этажа, дверь квартиры, что справа, открылась, из нее вышел пожилой мужчина лет под семьдесят, ведущий на поводке здоровенную собачару, похожую на болонку-переростка, не менее метра в холке. Я даже слегка обалдел, глядя на такое чудо, а потом в голове всплыло: южно-русская овчарка. Хорошо иметь свой интернет! В мозгу. И вай-фай искать не надо!

Шерсть собачьей челки полностью закрывала глаза, и я неожиданно для себя самого спросил:

– Как она видит-то? Глаза-то прикрыты!

Мужчина задумчиво посмотрел на меня, вздохнул и, переведя взгляд в пространство над моей головой, ответил:

– Она как КГБ – все видит, только виду не подает!

Мне стало смешно, я улыбнулся, кивнул мужчине и зашагал дальше. Уже когда отошел от дома метров на двести по направлению к метро, вдруг задумался – а не пророческие ли слова? Может, меня уже давно вычислили и ведут, а я только ушами хлопаю, как африканский слон? Было ведь у меня ощущение, что кто-то за мной следит, но потом исчезло. И я точно знаю, что не ошибся. Точно – следили! Только вот – кто? Если это в связи с моей поездкой в США, типа негласная проверка писателя на предмет его лояльности родной стране, – это одно дело. А если вышли на Шамана – это совсем другое. Только вот почему, если вышли на Шамана – меня не арестовали? Значит, не вышли. Значит – просто взяли в разработку как потенциального беглеца из страны, а когда убедились, что со мной все в порядке, – сняли слежку. Эта версия все объясняет – почему бы и нет? Подумаю. Крепко подумаю.