Он приехал через пятнадцать минут, но раньше его приехали штук пять полицейских машин – завывая сиренами, сверкая яркими огнями. Все закрутилось, завертелось, а я все сидел и сидел, зажимая рану толстого копа, и думал – чем же кончится вся эта бодяга.
А еще – как замечательно я умею попадать в неприятности, чтобы из них героически выкручиваться. Карма у меня такая, точно! Как там сказано? «Кого бог любит – того испытывает»! Ага… любит он меня испытывать, ох как любит!
Глава 8
Мурыжили меня до самого утра. Опрашивали, допрашивали – хорошо, что я знаю язык, а еще лучше – что у меня с собой был паспорт.
И вообще здорово, что рыжий коп, Джек Райан, был ранен не очень серьезно – ублюдок пробил ему только плечо – и смог дать показания, в том числе и в мой адрес. Ну а я рассказал практически все так, как оно было: пошел гулять по вечернему городу, заблудился, зашел в бар, где сидели только черные. Меня оттуда прогнали. В баре я сказал, что хочу вызвать такси и что у меня есть деньги. Вот и вызвал на себя интерес черных бандитов. Догнали, я бросился за помощью к полицейским, те напали на полицейских. Когда увидел, что бандит собирается добить Райана – вмешался и убил негодяя, чтобы он не смог закончить свое грязное дело. А потом забрал у него нож, метнул и убил второго – который хотел застрелить и раненого, и меня. А когда бандиты подстрелили напарника Райана, – его звали Джулио Герра, судя по всему итальянец, – взял пистолет убитого ножом негодяя и перестрелял всех остальных. Вот в общем-то и все.
На меня приходили смотреть как на заморского зверя. Каковым, по большому счету, я и являлся. «Вот он, русский зверь! Вот он, «казак»! Видите, что творят?! Взял и запросто перебил пятерых бандитов! Кадык вырвал голыми руками! Ножом зарезал! А потом из их же оружия перестрелял остальных! Вот это русские! И мы с ними собираемся воевать ?!»
Смешно, ага, но эти полицейские смотрели на меня как на чудо морское – весь отдел перебывал в комнате, где меня допрашивали!
Я сообщил, что нахожусь в Нью-Йорке по приглашению издательства «Фаррар, Страус и Жиру», что живу в отеле «Ритц-Карлтон» и что в 12 дня у меня пресс-конференция. И просил меня побыстрее отпустить. Мне обещали, но побыстрее у них никак не вышло. Пока записали, пока прочитал и подписал, пока дождался вердикта начальства – вот время и прошло. И самое главное, что меня заставили дать подписку о невыезде из страны – до тех пор, пока прокуратура не примет решение по этому делу. Решат они, что я ни в чем не виноват, а совсем наоборот – кругом прав, так тому и быть. Поезжай, писатель, живи как хочешь. Ну а если не решат… думать об этом не хотелось.