Все, на что меня хватило, это сгруппироваться и машинально… на одних лишь инстинктах выставить вокруг себя электрический щит, который, как кокон, окружил меня сверкающей и сердито гудящей сферой.

После чего вокруг потемнело. Раздался еще один оглушительный взрыв. Меня закрутило, завертело, с бешеной силой отшвырнуло… к сожалению, не к двери, а прямо на тренажеры. После чего раздался дикий грохот, треск и жалобный звон потревоженных взрывом железок.

Меня, как пушинку, закувыркало среди тяжелых снарядов, деревянных брусьев и покореженного металла. А потом наконец бросило куда-то в сторону, да и еще и сверху прихлопнуло. С такой силой, что я все-таки не справился и потерял сознание, успев напоследок подумать, что все-таки подвел наставника и по глупости своей угробил не только не свои, но и его надежды на участие в турнире.

* * *

Когда я пришел в себя, вокруг было тихо и темно. Ну в смысле относительно тихо и темно, потому что, как оказалось, выставленный наспех щит, хоть и порядком ослаб, по-прежнему функционировал, поэтому кое-что видеть я все-таки мог. Да и гудение над ухом так и не прекратилось.

Первое, что я выяснил, когда очнулся, это то, что нахожусь в очень тесной, душной, явно искусственно созданной полости, да еще и в крайне непривычном положении. Оказывается, во время удара я сгруппировался, как младенец в утробе матери, и инстинктивно принял максимально безопасную позу, сложившись так, чтобы закрыть жизненно важные органы. В таком виде меня, судя по всему, и накрыло, поэтому сейчас я сидел, скукожившись и подтянув под себя чудом уцелевшие ноги, руками крепко обхватил колени, а голову прижал, как этому обычно учат в самолетах для предотвращения или минимизации последствий во время аварий.

При этом щит, как ни странно, тоже уцелел, вероятно, бросив все силы на обеспечение моей безопасности. Однако взрыв и для него даром не прошел, большая часть энергии рассеялась в пространстве, поэтому сейчас между ним и мной свободного места имелось всего-то на одну ладонь. Так что я ни голову толком поднять не мог, ни ноги распрямить, ни тем более лечь или подняться.

«Угроза для носителя крови минимизирована, — в своей обычной манере доложила Эмма. Причем меня всегда удивляла эта ее двойственность — во время сложных моментов она по-прежнему действовала, как система, и лишь в обычное время вела себя, как человек. — Произвожу оценку состояния носителя. Физические параметры в норме. Ментальные параметры в норме. Состояние магического дара расценивается как…»

«Да будь ты уже проще», — попросил я, и Эмма неожиданно запнулась.