— Вы что? Где я, а где магическое программирование?

— Да кто тебя знает? Я теперь вообще ни в чем не уверен.

— Я когда модуль активировал, оно само скачалось, — фыркнул я, благоразумно не упомянув про Эмму. — Последняя существующая в Сети версия, которую еще может потянуть это железо. Я просто сообщение на экране увидел, ну и решил попробовать, что вышло. А потом… сами знаете. Мозги резко встряхнулись, и мне страшно захотелось учиться, да еще и так, чтобы стать лучшим в классе.

Лэн Нортэн на меня покосился, однако, похоже, он увидел все, что хотел, и кивнул на открытую крышку.

— Полезешь?

— А вы что, ждать меня станете?

— Почему бы и нет?

Я удивленно приподнял брови.

— У вас разве маячка в браслете нет? Не боитесь, что лэн директор нас обоих тут разом и накроет?

— У учителей и сотрудников, курсант Гурто, — усмехнулся доктор, — есть некоторые привилегии, поэтому за нами, в отличие от вас, никто не следит.

— А стоило бы, — красноречиво намекнул я, скидывая одежду. После чего забрался в капсулу, перехватил кислый взгляд мужчины и хмыкнул. — Да ладно, не дуйтесь. Я просто так сказал. Программу выставите?

Лэн Нортэн все еще не слишком довольно буркнул:

— Нет. У тебя тут все по системе выстроено. В этих модулях лучше ничего не трогать. Два этапа обучения ты уже одолел, остался третий, самый сложный. Побочка ожидается самая серьезная. Время очередной загрузки — рэйн двадцать. Ты хоть в туалет-то перед этим сходил?

— Само собой. Я же не в первый раз.

— Ну тогда ложись. Я прослежу, чтобы хотя бы сбоев не было.

— Спасибо, — искренне поблагодарил я и, как только доктор закрыл крышку, плотно сомкнул веки.

«Процедура загрузки начата, — исправно доложила Эмма в своем привычном стиле. — Пакет данных под номером двадцать три готовится к работе».

И вдруг резко сменила тон.

«Усыпить субъекта „лэн Нортэн“, чтобы не мешался?»

«Пока не надо, — подумав, решил я. — Но если полезет куда не надо, выруби. Он сам сказал, что в этих машинах плохо разбирается, так что пусть или молча ждет, или проваливает».

Эмма на это ничего не ответила, хотя команду к исполнению приняла. Ну а я мгновенно уснул, а когда проснулся…

— Адрэа! Адрэа, что с тобой⁈

Ух ты ж мать, до чего же башка болит! И тело словно в крутую загогулину скрутилось, как если бы я ломку словил, как заядлый наркоман, не получивший вовремя дозу.

«Эмма, обезболивающее мне дай, пожалуйста, и лучше сразу в конской дозе!»

«Проводится экстренная корректировка, — с явным беспокойством отозвалась подруга, пока доктор хлопотал над моим корчащимся на жестком ложе телом. — Сбой в работе нервных синапсов. Недостаток нейромедиаторов. Блокировка рецепторов. Провожу очистку системы…»