«Привет, подруга, — мысленно усмехнулся я, гадая, кто же именно вытащил меня из спортивно-обучающего модуля и, главное, своевременно запихнул потом в медицинский. — Рад, что мы все еще живы и по-прежнему вместе. Мы хоть последнюю загрузку с тобой закончили?»

«Да, — после короткой паузы сообщила она. — Критических последствий удалось избежать, однако какое-то время твое состояние вызывало серьезное беспокойство».

Я ненадолго прикрыл глаза.

Признаться, когда нас неожиданно накрыли, я почти не задумался, прежде чем забраться в модуль. Выхода попросту не было. Рано или поздно, так или иначе, но в хранилище люди директора все равно проникли бы. И вот после этого крайне маловероятно, что мне позволили бы завершить обучение.

Позицию доктора Нортэна по данному вопросу я прекрасно знал. Позиция директора наверняка была бы сходной. Я гарантированно услышал бы вердикт: «Исключено» и «Слишком опасно». В лучшем случае после всех этих событий меня снова ждал холодный карцер, в худшем— исключение. Поэтому раз уж все так сложилось и раз уж меня все равно приперли к стенке, то я подумал — да какого черта! И решил, что хотя бы одно дело доведу до конца.

И я его, судя по всему, довел, хотя, наверное, это было не просто, раз уж мне снова понадобилась реабилитация. Причем, судя по всему, намного серьезнее, чем в прошлый раз. По крайней мере, тогда у меня не саднила кожа в локтевых ямках, а сегодня сразу на обеих руках чувствовалось, что там недавно побывали посторонние предметы. Кожу на предплечьях и бедрах тоже явственно покалывало, словно ее недавно щедро истыкали иголками. К тому же сегодня в капсуле было душно, воздух оказался влажным, горячим, как в бане, да и лежащая на мягкой подложке рука неожиданно ощутила, что подо мной находится что-то мокрое.

Обжегшая на мгновение мысль чуть не заставила меня подпрыгнуть, но потом я заметил на крышке и на бортах модуля капельки влаги. Запоздало сообразил, что внутри ничем подозрительным не пахло. К тому же я был мокрым весь, с ног до головы, за исключением, быть может, лица. А это значило, что я, слава богу, не оконфузился во время лечения. Ну а если что-то такое и было, то меня уже заботливо вымыли, поэтому-то тут теперь и влажно.

Неожиданно сбоку раздался щелчок, и крышка медицинского модуля с тихим шорохом отъехала в сторону.

Я какое-то время еще полежал, прислушиваясь к себе, но серьезных отклонений не заметил. Судорог не было, хотя мышцы немного поднывали. Руки-ноги работали. Сердце стучало ровно. С дыхалкой тоже все было в полном порядке. И даже голова совсем не болела, ну разве что казалась чрезмерно тяжелой и по ощущениям я бы сказал, что она сейчас не просто сильно распухла, но из-за избытка полученной информации отекла просто до невероятных размеров.