Я нахмурился.

— Думаете, и меня будет ждать такая судьба?

— Ты не прогнулся под Босхо, как остальные, — напомнил мне лэн Нортэн очевидный факт. — Более того, обоих ты успел унизить, каждого едва не покалечил… и неважно, случайно это произошло или нет. Для младшего рода Босхо теперь ты — враг, Адрэа Гурто. И хорошо еще, что никто из них не знает, кто был твоим покровителем.

— Как-то это глупо, вам не кажется? Я же еще ребенок.

— Из детей, Адрэа, со временем вырастают очень даже решительно настроенные взрослые. Поэтому раз уж ты отказался идти под чужую руку, то и дальше, скорее всего, не сломаешься. А учитывая твой несомненный прогресс, проще избавиться от тебя именно сейчас, пока ты еще слаб. Так что, пожалуйста, будь осторожен.

Все это у меня в голове не укладывалось.

Ну вот ведь реально — ну проще же было на первом этапе мне помочь, завести дружбу… как это делается среди детей? Мир, труд, жвачка и все такое. Я бы, может, сам Айрду дружбу предложил. Но он ведь даже не попытался.

С другой стороны, быть может, он оказался слишком горд и самонадеян, когда с ноги попытался поставить меня раком. Уверился в собственной силе, возгордился. А когда я (единственный из всего класса!) уперся рогом и отказался подчиняться, то получается, что именно со мной Босхо выбрал неверную тактику. Не смог меня оценить. То есть попросту ошибся. Причем ошибся именно как главный, более умный и знающий. Тот, кого с рождения приучали к главенствующей роли. И тот факт, что какой-то нищий сопляк сумел ему противостоять, да еще и дважды уложил его, прославленного потомка со всеми его родовыми плюшками, на обе лопатки, наверное, для наследника, пусть и младшего рода, являлось несомненным позором.

— А что с моим сном? — вернулся к теме я, уяснив для себя некоторые вещи.

— Сны… — задумчиво повторил за мной лэн Нортэн. — Да, считается, что именно в снах открывается способность предвидения, но ее-то я у тебя как раз не нашел. Медицинский модуль погружал тебя в сон достаточно глубоко, чтобы эта способность за несколько месяцев как-то себя проявила. Да и браслет фиксирует все значимые изменения. Но тут еще бывает вот какая штука, Адрэа… Скажи, а как ты видел себя в этом сне? Кем себя там воспринимал?

Я пожал плечами.

— Ну поначалу я знал, что это я. Чувствовал себя собой.

Угу. А потом фигня какая-то случилась, так что я даже сейчас не знаю, что потом произошло и откуда там взялся посторонний.

— И что же ты там делал? — заинтересованно наклонил голову доктор.

— Сначала просто стоял, а передо мной висела та фигура. Потом я ее… как бы это сказать… активировал? Она засветилась. Внутри фигуры появилась большая молния. А следом за этим пространство вокруг нее начало истаивать, расползаться.