Тэрнэ поступил мудро, дав родам возможность самостоятельно управлять вверенными им землями. И вдвойне мудро, когда оставил за собой контроль за всем, что там происходит. Страна не может быть сильной, если ее на части раздирают кланы с их вечными разборками. Страна не может быть единой, если каждый удельный князек начнет устанавливать свои правила. Рано или поздно, но это неминуемо приведет к краху. Поэтому таны и не имели абсолютной власти в провинциях. Они, скорее, являлись управляющими, доверенными лицами повелителя. И обладали весьма обширными полномочиями, тем не менее ни о какой вольнице речь даже близко не шла.

Да, им было дозволено иметь свою личную гвардию, но в строго определенных пределах. Да, они имели доступ к важным, порой даже чрезвычайно важным производствам, однако только тэрнэ в конечном итоге контролировал весь процесс. Таны могли вкладываться в это самое производство, развивать новые направления, закупать оборудование, производить переоснащение цехов, вводить в эксплуатацию новые помещения, нанимать персонал и решать текущие вопросы… Но самые важные темы требовалось согласовывать с государственным контролером. И на каждом предприятии, в каждой провинции регулярно проводились отнюдь не формальные проверки.

Одним словом, тэрнэ являлся вовсе не номинальным правителем, которым зажравшиеся, обнаглевшие от безнаказанности рода вертели, как им вздумается. Отнюдь. Под его рукой находилась самая многочисленная военная структура страны, проводились все важнейшие, в том числе секретные разработки. Именно род тэрнэ имел монополию на создание и развитие большинства высокотехнологичных производств. Разработку и массовое производство оружия, поиск и выработку найниитовых… то есть найтовых, конечно, шахт, добычу ценных ископаемых, налоговую систему, тэрнийское казначейство… да, он привлекал для этого специалистов из разных родов, но, по сути, контролировал все, что так или иначе могло пошатнуть основы его власти.

Конечно, рода, которые пользовались его абсолютным доверием, активно поддерживались. Им выделялись огромные субсидии, беспроцентные кредиты, им давались расширенные полномочия. Однако все это было не вечно. В случае утраты доверия род мог потерять абсолютно все. Тэрнэ имел полное право передать провинцию в ведение более надежного рода, мог отобрать ее в свою пользу, а мог, как в случае с Расхэ, попросту уничтожить.

Такова была его власть. И таковы были местные законы.

Само собой, не всем это нравилось, поэтому время от времени среди особо буйных голов начинали в очередной раз зреть мысли, чтобы изменить существующий порядок вещей. За последние несколько столетий в тэрнии произошло пять попыток государственного переворота и сразу несколько десятков бунтов, которые тем не менее были успешно подавлены.