В правилах, кстати, этот момент отдельно не оговаривался, было запрещено проносить на ринг только артефакты, поэтому я, во-первых, оставил в общаге подаренный мастером Даэ амулет, а во-вторых, решил проверить, нет ли тут кого-то достаточно прошаренного в новых технологиях.
Хотя, наверное, если подумать, то большой роли это не сыграло бы, потому что в качестве атакующего средства найниит на большом расстоянии (а ринг, напомню, был огромным) не применялся, ну а индивидуальные защитные техники здесь были вторичны. Просто потому, что площадь у обычной найниитовой пластины традиционно имела довольно скромные размеры и при одновременном ударе сразу с трех-четырех сторон не смогла бы уберечь хозяина от повреждений.
Неожиданно я перехватил прицельный взгляд Дэма Хатхэ, который, похоже, занимался тем же самым, что и я — изучал и запоминал будущих противников.
Ну привет, козлина. Что хорошего мне скажешь?
«Ты — труп, Гурто», — одними губами произнес Хатхэ, увидев, что я на него тоже смотрю.
Я в ответ лишь усмехнулся.
Да, ты мне тоже не нравишься. Только, в отличие от тебя, я этого демонстрировать пока не буду.
[1] Из-за продолжительной весеннеей практики учебный год в Первой военно-магической академии смещен на один месяц, поэтому годовые экзамены здесь традиционно проводятся в иорн, второй месяц лета, а не в первый, как в большинстве вузов.
Глава 7
Ровно в девять утра над стадионом раздался звуковой сигнал, обозначающий начало турнира, после чего на ринг вышел начальник академии и, как водится, сказал несколько приветственных слов для гостей и участников.
Надо сказать, за прошедший почти что год учебы это был первый раз, когда лэн Сарин Усхэ изволил выступить перед студентами публично. Нет, его фотографию я уже видел на сайте вуза. Да и в самой академии, в главном корпусе, его портрет висел на видном месте. Но вот так, вживую, он еще ни разу перед нами не показывался. Просто потому, что линейки на первое стэбра в Норлаэне традиционно не проводились, да и других общественных мероприятий в академии было кот наплакал.
Внешне лэн Усхэ ничего выдающегося собой не представлял. Обычный мужик средних лет, среднего роста, с несколько избыточным весом, зато в очень дорогом костюме сочного василькового цвета. К сожалению, костюм, хоть и был хорош, лэну Усхэ совсем не шел — для такой одежды у начальника академии была слишком светлая шевелюра и слишком невыразительные черты лица, которые на таком фоне выглядели совсем уж блекло.
На мой взгляд, представителю старшего рода Усхэ, да еще и на такой высокой должности, стоило бы обзавестись стилистом. Но кого и когда интересовало мнение первокурсника?