Что после этого случилось на трибунах, не описать.
Народ повскакивал со своих мест, заорал, заулюлюкал, словно это была не студенческая дуэль, а бой в подпольном клубе в рамках полноценных и насквозь незаконных ММА, где мне однажды довелось поучаствовать.
Но люди были в восторге. Махали руками, кричали, подбрасывали вверх шапки… и да, снова скандировали мое имя, будто я не первокурсника на обе лопатки уложил, а какого-нибудь Громилу. Или же Панциря, против которого без Эммы и найниита даже призрачного шанса не имел.
Впрочем, длилось это буйство недолго. Не успел я погасить фигуру и отряхнуть спортивный костюм, как гора камней, под которой погребло Босхо, внезапно зашевелилась.
Я удивленно приподнял брови.
Что? Не придавило тебя там, болезного? По головке бо-бо мало сделало?
— Ар-р-р! — словно прочитав мои мысли, прорычал из-под завала Айрд, а потом всю ту громаду камней, которую я на него обрушил, буквально разметало в стороны. — Гур-р-рто!
Я отступил в сторону и еще одной волной с легкостью смел в сторону то, что ко мне прилетело.
— Стой, урод! — свирепо выдохнул поднявшийся на ноги, грязный, побитый, взбешенный, но отнюдь не сдавшийся крепыш. — Не смей уходить, понял⁈
«У субъекта „Айрд Босхо“ отмечаются признаки дестабилизации магического дара», — тихонько предупредила Эмма, заставив меня мысленно скривиться.
Ну вот, еще не хватало…
— Мы с тобой еще не закончили! — прошипел Айрд, а затем с ног до головы окутался в огненную броню, встал в стойку и выразительным жестом показал, что снова вызывает меня на поединок.
Глава 11
Вот не люблю упертых людей. Не упрямых, а именно упертых, которые просто так не понимают ни хрена, поэтому им надо в лобешник дать, да посильнее, чтобы они остановились, подумали, что-то поменяли в тактике вместо того, чтобы тупо переть буром вперед.
Айрд Босхо, похоже, оказался из таких вот, упертых. Причем раньше я за ним такого не замечал. Когда мы учились в школе, он был малость похитрее, поизворотливее, да и еще и достаточно сообразительным, чтобы понимать, когда можно упираться рогом, а когда лучше затаиться и отступить.
А тут как с цепи сорвался, будто на мне свет клином сошелся и будто ни о чем, кроме мести, этот придурок думать не мог.
Не знаю, что с ним случилось за эти годы, но определенно это были перемены не к лучшему. Впрочем, злость вообще плохой советчик. А уж такая злость, которая охватила сегодня Босхо, тем более.
Хотя одного у него было не отнять — он все-таки умел действовать эффектно. Недаром трибуны, которые поначалу не хотели серьезно воспринимать никому не известного новичка с большим самомнением, разразились бурным восторгом.