Впрочем, ниша, в которой их заперло, оказалась совсем маленькой. Даже сжавшись в комок и низко пригнувшись, пацан едва мог сидеть на полу. Второй же и вовсе лежал на животе, наполовину скрытый камнями. Причем, судя по данным с модуля, ноги у него были завалены почти до самых бедер. И лодыжки сломаны. Так что без меня ему точно отсюда не выбраться.

Щит, кстати, держал тоже он. Целых пол-рэйна. Или даже больше.

— Все вопросы потом, — распорядился я, поняв, что сил у маленького мага почти не осталось. — На выход. Живо. Сперва ты.

Я протянул руку к здоровому мальчику.

— Как тебя зовут?

Тот поколебался, кинул испуганный взгляд на… наверное, брата? И только когда тот кивнул, неохотно протянул руку.

— Люк.

— Скайуокер, что ли? — не сдержался я. Но тут же понял, что сморозил глупость, ведь это имя точно было на Найаре неизвестно.

— Держись крепче, — скомандовал я, перехватывая изящные, совсем еще детские и по-птичьи тонкие запястья. — Ложись на живот. Соскальзывай, как по горке, а я подхвачу. Понял?

Мальчишка судорожно вздохнул, зажмурился, но все же не стал противиться, поэтому из дыры я достал его достаточно легко. После чего аккуратно спланировал вниз, поставил обалдевшего пацана на пол и, во второй раз взмыв на дисках под потолок, озабоченно взглянул на второго мальца.

«Эмма, подстрахуй. Его щит сейчас погаснет. И обезболь, пожалуйста, парня, пока он сознание не потерял».

Подруга, которая и без того уже поставила свой собственный щит вокруг несчастного пацана, заверила меня, что завал в любом случае не рухнет, даже если мне вдруг вздумается долбить по нему молотком. А затем без напоминаний начала поглощать те камни, которые придавили мальчику ноги и мешали ему выбраться.

— Давай, — протянул я руку, как только Эмма сообщила, что места для перемещения достаточно.

Мальчик, который все эти несколько мгновений смотрел на меня со все возрастающей тревогой, вдруг мотнул головой.

— Н-нет. Не могу.

— Больно не будет, — пообещал ему я. — Ты лежишь, я тяну. Я знаю, у тебя лодыжки сломаны, но мы все сделаем быстро и аккуратно. Ты даже ничего не почувствуешь.

— А вы сможете? — прошептал мальчишка, вскинув на меня слабо загоревшийся взгляд. — Я ног уже не чувствую, но знаю, что как только вы дернете, боль вернется. А у меня сил больше не осталось. Я не смогу себя исцелить.

— Не страшно. Целителей мы тебе найдем. Не переживай, ты все сделал правильно. И себя спас, и брата прикрыл. Ты — герой. А теперь доверься мне, ладно? Все будет хорошо, обещаю. Я вас обоих отсюда вытащу.

Мальчишка на одно бесконечно долгое мгновение замер, словно отчаянно колеблясь и не зная, можно ли мне верить, но потом как-то по-взрослому наклонил голову и закрыл глаза, одновременно протягивая грязную ладошку.