— А хорошо… — сказала Наташа, вытягиваясь на скамейке, когда очередной тур чемпионата был закончен. — Совсем по-другому хорошо, чем тогда. Вроде бы, народу больше, а как-то… душевнее что ли.

— И душнее… — вздохнула Света.

— Да? — Наташа удивленно подняла голову. Потом протерла лоб ладошкой и посмотрела на мокрую руку. — Хотя, да. Душновато…

— У нас сегодня купили двадцать два абонемента, — сказала Света. — Я даже не ожидала, прикиньте. Вообще забыла, что нам их напечатали. Но какой-то парень подошел и спросил в лоб, а следом и остальные набежали. Откуда только узнали, ведь даже я забыла…

— В газете же написано, — сказал я.

— В какой газете? — удивилась Света.

— Жанчик выпустил газету специально для вечеринок, — я ткнул пальцем в сторону прилавка «Африки». Он пользовался чуть меньшей популярностью, чем наш импровизированный бар, но народ там все равно был.

— Надо будет почитать, — сказала Света устало. Натурально, надо деньги увозить отсюда сразу после начала. Пока нам везет, но все время же так продолжаться не может… Или может? Возможно, в какой-то момент к нам явятся за долей какие-нибудь рэкитиры. Или Колямба подсуетился, чтобы нас не трогали?

А может быть, нам просто везет. И всяческие ОПГ таких как мы не трясут…

— Веееелиал! — вырвала меня из размышлений Наташа. — Так, я поняла. Сейчас…

Она стремительно поднялась со скамейки и бросилась к нашим сваленным в кучу вещам. Извлекла жестом фокусника оттуда свою сумку, открыла ее и… достала здоровенные труселя, в которые таких как она можно засунуть, наверное, четверых. И еще даже место останется.

— Не спрашивай! — категорично заявила она. — Просто надевай!

— Ха! — Бегемот хлопнул себя по ляжкам. — А тебя, между прочим, никто за язык не тянул!

— Эммм… — я взял из рук у Наташи бегемото-трусы. Они были в веселенький цветочек и даже с кружавчиками по краю.

— Я сказала, не спрашивай! — Наташа ткнула в меня пальцем.

— Мужик сказал, мужик сделал! — фыркнул я и натянул трусы на голову. Картонная бирка царапнула мне ухо. Ну хоть новые, и то хлеб!

— Вот так и пойдешь вести финал! — заржала Наташа. Все остальные тоже заржали.

— Так и пойду! — сказал я, встал и гордо подбоченился. — Сим, нарекаю эти трусы трусами мудрости!

Ага, похоже, пора снова идти на ринг, зрители уже начали кучковаться вокруг нас, ожидая завершения.

Финалистов осталось двое. Парень из курсантов и тонконогая и мускулистая девушка в короткой юбке. И планку нужно было опускать уже чуть ли не на уровень колен. Изгибались эти двое так немыслимо, что…

— А вы случайно не циркачи оба? — спросила Наташа, глядя, как парень фактически проползает под планкой. Форму он, снял, остался в одной майке. Девушка повторила его маневр даже быстрее.