— Да не к кому обращаться, — печально покачал головой парень. — Мы у отца поздние дети. Старенький он был уже. И сослуживцы уже померли все.
— Понятно, — протянул я, задумавшись.
Да уж, не позавидуешь парню. И помочь ничем не могу сейчас. Тут не знаю, что со мной будет дальше, после вчерашних приключений. Неожиданно загремела дверь в камеру, и в ней открылось небольшое окошко. Заключенные все сразу оживились и потянулись к выходу. Вот, кажется, и завтрак. Я обрадованно потер руки и встал с койки. Но окошко внезапно захлопнулось, затем открылась дверь, и в проеме показались двое вчерашних конвоиров.
— Заключенный Ивлев, на выход! — проорал один из них.
Нет, ну что за невезучесть такая? Пожрать не дают, гады! Мысленно насылая проклятия на всех ментов во всех мирах, я вышел из камеры и без команды повернулся лицом к стене. Но, вопреки моим ожиданиям, заковывать меня в наручники не стали, а довольно вежливо попросили следовать за ними. Недоумевая, пошел куда велят. Через пять минут блужданий по мрачным коридорам мы оказались перед большой двустворчатой дверью. Один из стражников ее открыл и жестом показал мне заходить. Как оказалось, не заходить, а выходить, потому что дверь вела на улицу. И там меня уже ждали.
— С освобождением! — как-то устало буркнул Маркус Пуер, а, стоявшие рядом Кер и Энакр почему-то довольно рассмеялись и полезли обниматься.
— Неужели успели провести расследование? — спросил я Маркуса, после того как меня закончили тискать.
— Нет, — он отрицательно покрутил головой. — Не успели. Но городская стража отказалась от всех обвинений. Как последовало из официальных заключений, троица стражников была в изрядном подпитии, и подрались они исключительно друг с другом.
— А трупы?
— А не было трупов, — скривившись, сказал Пуер.
А Керисс и Энакр вновь заржали.
— Да что случилось-то?! — я не выдержал и повысил голос, требуя объяснений.
— Случилось? — меланхолично переспросил Маркус. — Я тебе расскажу, что случилось! Сегодня ночью двое неизвестных пробрались в особняк младшего графа Роена, после чего стража и решила от всего отказаться.
— Вы что, этого молокососа смазливого запугали? — улыбнувшись, спрашиваю у довольно скалящихся друзей.
— Ага, запугали, — все таким же тоном ответил Пуер. А потом неожиданно заорал: — Пока мы ставили на уши весь город в поисках свидетелей и сбежавшего мага! Пока генерал вел переговоры с патриархом рода Роенов! Эти два раздолбая пробрались к младшему Роену и отрезали ему уши!
— Да ничего страшного не случилось! — довольно щурясь, сказал Ирек, на которого гневная речь Маркуса не произвела никакого впечатления. — Уши я охладил, и если не будет тормозить, то ему их любой целитель обратно приделает! Главное, чтобы местами не перепутал.