Но девчонка всё-таки скрылась из вида — как раз тогда, когда в отражении одной из расколотых витрин я увидел, как в рассеивающемся дыму в конце торгового ряда показались первые шмели. Щурясь и откашливаясь, пацаны двинулись по коридору вперёд, грозно покачивая шипастыми битами и короткими топориками.

— Во, следы! Туда побежал! А это чё за херня?

Я отпустил холодильник и издал крик на вдохе. Дверцы распахнулись, выпуская наружу почерневший скелет. Грохнувшись пацанам под ноги, старый «орущий» труп отработал свою роль на пятёрку — отражение в витрине показало мне, как группа преследователей не только заголосила благим матом от первобытного ужаса, но и попятилась от скелета в нужное место. Движение руки и леска натянулась, поднявшись над грязным полом.

— А!!! — Споткнувшись и грохнувшись на спину, некоторые выронили оружие из рук — биты звонко загремели по каменному полу. — Чё за...

И пока пацаны неловко отползали прочь от костлявого ужаса, шаря вокруг в поисках оброненного оружия, я достал из бокового кармана рюкзака пару тонких баллонов с лаком для волос. «Прикурив» один из них от зажигалки, второй я тут же поджёг от пламени первого.

Из тучи сажи, поднявшейся после падения скелета, к шмелям шагнул их старый кошмар, извергавший из обеих рук струи гудящего рыжего пламени.

Пугало Северо-Запада. Митинский призрак. Хохочущий мститель. Или просто Шутник. К вашим услугам...

— Ма-а-а-А-А-А!!! — Спортивная синтетика на перепуганных подростках схватилась почти мгновенно. Пляшущее пламя быстро охватило их почти целиком. И паникующие вопли горящих заживо заставили замешкаться тех, кто ещё только сходил с эскалатора. Выбежав из клубов жёлто-зелёного дыма они тут же наткнулись на мою вечную улыбку, перепачканную сажей и старой кровью. А у меня за спиной проход наполнял маслянистый чёрный дым, поднимающийся от их приятелей, катающихся по полу в жаркой агонии.

— Еба-а-а-АКХ!!! — Пинок в грудь с разбега отправил первого бойца вниз по металлической лестнице. Его товарищи, замершие по бокам, тут же развернулись, получив по резкому хуку в челюсть — слева и справа.

Один тоже закувыркался вниз, а второго, я успел поймать за волосы.

— Двойная повязка... — Проговорил я ему в ухо, заставив опуститься вниз ударом стопы под колено. — Двойная радость...

Шмели, собравшиеся у лестницы снизу, попятились. А когда увидели, как коротким движением ножа я сделал рот пацана в два раза шире — не сговариваясь драпанули вниз. Последние из отступающих успели заметить, как отпустив голову рыдающей жертвы, я шагнул назад, исчезая в клубах чёрного дыма и поднявшейся сажи. Под истеричные визги догорающих подонков.