Это были уже знакомые образцы — три «Утеса», которые эти ребята сжимали в своих бронированных ручищах и тащили так легко, словно те были сделаны из папье-маше. Мощные сервоприроды шли не только к ногам, обеспечивая передвижение ходячих танков, но и к рукам, давая им невероятную силу. Какой там вес у «Утеса»?
Масса НСВ «Утес» — 25 кг
Масса НСВ «Утес» со станком — 41 кг
Коробка с лентой на 50 патронов — 11 кг
Ого, это получается, один только пулемет с полусотней выстрелов — уже тридцать шесть кило. А ведь надо еще и какую-то часть станка иметь, ведь органы управления как раз на нем и располагаются. То есть, получается все сорок кило. А ведь у ребят, судя по широким патронопроводам, уходящим за спину, все в тот же короб, там явно не по пятьдесят патронов заряжено, я уж скорее поверю в две-три сотни…
Даже несмотря на все сервоприводы, экзоскелетам явно тяжело было управляться с такими дурындами, потому что они вовсе не держали свои пулеметы как автоматы или винтовки, они держали их на уровне бедра, Ну, или это было ограничено их техническими возможностями — не знаю. В любом случае, вместо классического хвата снизу за цевье, они держали свои пушки за приваренные сверху ручки и стреляли просто от бедра — даже не прицеливаясь. В ленты через один были заряжены трассеры, и по ним стрелки ориентировались, корректируя линию огня прямо на ходу.
А вот что точно было ограничено технически — так это мобильность этих доспехов, причем не только горизонтальная, но и вертикальная, причем вертикальная даже больше. Они явно не были способны на быстрые передвижения и тем более прыжки, и даже про такую простую казалось бы вещь как занятие укрытий следовало забыть. Все, что было у этих ходячих танков — это огромная защищенность и большие пушки, патроны которых способны прошивать иную броню. Маневрирование, флангование — это все им было недоступно.
В одного из танков ударила очередь из пулемета на крыше джипа и он задергался, остановленный пулями. Экзоскелет пытался пересилить сопротивление бьющих в него свинцовых шершней — даже представить боюсь, что там испытывает человек внутри! В конце концов стрелок за пулеметом перевел огонь чуть выше, туда, где грудь переходила в шею, и, не удержавшись, костюма наконец завалился на спину, как огромный стальный гроб.
Остальные сосредоточили огонь на джипе и принялись поливать его пулями с двойным усердием. Если до этого они били короткими, по два-три патрона, очередями, в основном, не давая пехоте высунуться из-за машины и ожидая сближения на расстояние, достаточное для того, чтобы несколько ударивших в одно место пуль наконец пробили броню и достали экипаж бронемашины, то теперь они зажали гашетки и осыпали автомобиль настоящим шквалом из пуль в палец длиной. Кажется, лобовое стекло машины помутнело от множественных попаданий, а пулеметчик резко нырнул под защиту брони и одной только высунутой наружу рукой зажал гашетку тоже, стреляя вслепую куда-то в сторону противников.