Но у Четвёртого был собственный ответ на моё предложение. И превородное пламя зажглось в его груди, чтобы обрушиться на меня.
Наши удары друг по другу разгоняли облака, вызывали бури и крушили горы. Боги и Тёмные на земле, попадая под отголоски этих атак, гибли сотнями и тысячами. Вылезшая так некстати тварь пустоты, получив по сокрушительному удару от каждого из нас, завопила и превратилась в дым, сбегая за грань, в свой уютный пустынный мирок, бросая здесь огромную тушу своего воплощения, что было сравнимо лишь с чёрной ожившей раковой опухолью и ничем иным.
— Ты не успел собрать свои силы! Не успел уничтожить всех тех, кто тебе доверял! И твоих запасов энергии недостаточно! Ты никогда не справишься со мной! Сколько ни оттягивай, а тебя, ошибку — ждёт лишь забвение, — кричал Чётвёртый, обрушивая на меня град атак, пока я пытался уворачиваться и максимально экономить свои силы.
За целый час, что мы тут сражались, я практически полностью опустошил свои собственные запасы энергии и очень скоро мне пришлось бы перейти на божественность. И восполнить её я больше не смогу… Только отнять, победив кого-нибудь.
— А я и не пытаюсь справиться с тобой. Я же не дурак. Ты и Система — одно целое. Твои запасы божественности, если ей понадобится, станут практически бесконечными…
— Тогда зачем? Почему ты сопротивляешься? Какой смысл, если ты обречён⁈
— Я не обречён. Я просто жду… — Я пропустил атаку и улетел на сотни километров, врезаясь в гору и погружаясь в камень. — Тьфу… ненавижу каменную крошку на зубах.
Я поднялся и отряхнулся, ощущая, как затухает моё первородное пламя. Всё, дальше сражаться мне с ним можно, только если на дефицитное топливо переходить…
— И чего же ты ждёшь? — Четвёртый оказался рядом и приставил пылающее первородным пламенем копьё к моей шее.
— Не «чего», а «кого», — ответил Лид, стоя за его спиной с бутыльком «тюрьмы душ» в своих руках.
Глава 24
— Всегда важно помнить свои корни. Ты вот их забыл, судя по всему. Но не переживай — я напомню тебе о них. И заодно передашь этой молчунье сообщение. — Я положил руку на шею Четвёртого, проходя сквозь первородное пламя.
Оно не сможет нанести мне вред, если моя рука сама будет окутана им. Лёгкое касание кожи Демиурга, и в его тело я запустил яд… Силу изнанки, что когда-то пожирала и меня, а я ей сопротивлялся. Мучался. Страдал. Пытался найти выход.
— Меня признали виновным. Меня оставили там подыхать, объявив, что отныне я на стороне Тёмных и враг Системы. А всё потому, что я пустил тьму в своё сердце. Пустил силу изнанки… Так ответь же мне, заменивший меня Демиург, насколько хватит твоих сил?