Один из них вонзил в тело монстра длинное копьё и поднял его в воздух.
— Ага, кто бы мог подумать, что там кто-то остался и не примкнул к нам.
— Что делать будем?
— Его Величество велел подождать немного, — усмехнулся тот, скинув с копья труп кровожадного монстра и посмотрев в сторону грунтовой дороги. — Кажется, после осады он немного добрее стал, да?
— Ага, — согласился с ним его брат по оружию. — Надеюсь они все вернутся. Тот человек с луком показался мне очень сильным.
…
Голова зомби прокатилась по земле, ну а я отчётливо слушал последние слова, которые этими рыцарями были сказаны.
— Зенит уже в город вернулась… Чёрт… мать твою… проклятье!!!
* * *
— Это было невероятно, доченька… — рассказывала Зенит, а Рашта слушала её рассказ словно детскую сказку. — Он был таким сильным. Тот монстр, который почти сломал ворота, на нём даже царапины оставить не смог.
Красочный образ отца наложился в голове девочки на силуэт непобедимого чудовища.
— Никто не мог поверить в то, что он видел, — продолжала её мать. — Столько людей видели этот бой, но ни у кого не хватило духу вмешаться. Даже дышать в тот момент было так трудно. — Показав на лице улыбку, она подняла руку к потолку, имитируя то движение, которым закончил сражение Илай. — Когда молния опустилась, казалось само небо рухнуло. Я никогда не видела такого белого, такого яркого света. Казалось, что на землю опустился настоящий дракон.
Видя, как возбуждена этим раскатом её дочь, Зенит снова взяла в ладони её ручки.
— Это точно был он, доченька, — улыбалась она. — Другие не верят мне. Они не видели то, что увидела я. Но я знаю. Я точно уверена…
— Я верю… — тут же кивнула Рашта. Она чувствовала дрожь в руках своей матери. Знала, что та точно не стала бы врать. Да и к тому же… — Я точно узнала бы папу, — сказала она. — Не важно, что с ним случилось, я бы точно узнала, если бы это был он!
— Да, — согласилась Зенит. Обхватив ладони своей дочери чуть сильнее, она поглаживала их большими пальцами. Лучик света в кромешной темноте необычайно радовал.
Но быстро, чувствуя как погружается комната в тишину, они обе ощущали реальность.
— Ему было трудно, да… — проговорила Рашта, не в силах больше хранить молчание.
— Да, — снова согласилась Зенит, но теперь далеко не таким радостным голосом.
Такая сила никогда не давалась просто так. Никто из них даже и близко не мог представить, что же случилось. Но каждая точно могла понять: цена, которую заплатил Илай, была просто баснословной.
— Всё это время, он был один… — сказала Зенит. — Вокруг него больше не осталось друзей. И люди и звери, все для него превратились во врагов. Он очень много сражался. Больше, чем когда либо прежде.