* * *

Суббота

Двух оставшихся танитов, обнаруженных на этой неделе на юго-востоке области я решил упокоить вдвоём с Катей. В обед мы снарядились и устремились к целям. Первого мы достали лихо. Кабан, забежавший что-то пожрать на сельхозполях, не смог убежать от моего выстрела.Энергия 11 101 (+1 592) .

Второй инопланетянин окопался в селе Лисье. Вытянутое вокруг одноименного озера село населяло полтысячи человек. Из достопримечательностей этого населённого пункта, основанного ещё в восемнадцатом веке, тут был осквернённый в советское время старый храм, который никто не спешил возрождать. Пройдя мимо развалин, мы пошли поРадару к подворью с заражённым.

Отягощённый паразитом козёл принадлежал семье из четырёх человек. Хозяина, сильно пьющего мужичка, и его супруги, взявшей на свои плечи все заботы о хозяйстве и воспитании двух детей школьного возраста. Мужик, судя поКамере , в дупель пьяный сейчас дрых в глубине дома, а хозяйка проверяла уроки у детей. Узнав всё это, я не стал лишать эту семью животного просто так, потому что надо. Я решил его выкупить, тем самым компенсируя им потерю.

Вернувшись на окраину, на внедорожнике мы подъехали к воротам подворья и громко постучались.

— Кого это принесло? — спросили нас из-за калитки женским голосом.

— Мы по поводу козла, — начал я переговоры.

— Мужа сейчас нет, он на работе.

— Нет, я о другом козле. Хотим его у вас купить.

— А, ну тогда заходите.

Калитка раскрылась, и хозяйка махнула мне и Кате рукой, приглашая войти. Это была низенькая усталая женщина без грамма косметики на лице, среднего возраста. Серая, застиранная одежда, взгляд человека, не ждущего ничего хорошего. Тяжело ей, вот зачем она своего мужа терпит? Я бы, конечно, мог избавить её от такого груза, да боюсь, что она сама меня убьёт за такое.

Она, хоть и видно, что ей тяжело, а себя в форме держит. Не пьёт, за детьми следит, может быть и мужа воспитает. Чувствовался в ней какой-то стержень, что-то, что заставляло её уважать. Будь она мужчиной, так точно была бы местным председателем. Такие женщины во время войны уходили в партизанские отряды и давали дрозда хоть французам, хоть фашикам, похлеще мужиков.

Двор был убитый, неряшливый, тут было много мусора. Дом, в котором они жили, был постаревшим, краска везде уже облупилась. Стайка, где обитал танит, тоже стояла перекосившись и казалось только ждала момента, чтобы рухнуть. Видно было, что тут не хватает мужской руки. Там бы подправить штакетницу, вон там я бы землю бетоном залил, чтобы по грязи к колодцу не топать, а эти окна явно надо менять, в них уже стёкол целых нет, из кусочков всё набрано. Впрочем, я не деревенский, всю жизнь прожил без топора в руках. Только последний год освоил этот инструмент, и то не для созидания, а для разрушения. Поэтому не могу вот так, с полувзгляда, определить, где тут и что не так.