Однако я не собирался выкидывать «белый» код-сигнал, то есть флаг. Тут же моя винтовка опустилась, а в каждой из рук появилось по ручной гранате направленного действия. Чеки с них были сорваны, и я почти по-дружески приобнял адмирала Дрейка, стиснув старика в своих смертельных объятиях. Не нужно ведь говорить, что мой командир истребительной эскадрильи моментально проделала то же самое в отношении Джонса-старшего.

Теперь Ронни и остальные перестали ухмыляться. Одно дело снять метким выстрелом противника держащего на мушке заложника, а другое, что в результате удачного попадания заложник все равно погибает. Гранаты сделают свое грязное дело в любом случае и здесь шансов у Дрейка и Джонса без защитных скафандров никаких. Более того, далеко не вся броня могла выдержать направленный взрыв, если облаченный в нее будет находиться на «линии» поражения. От человека без какой-либо защиты вообще в этом случает мало что остается…

— Конечно, попадешь, — согласился я с Ронни, — я в этом не сомневаюсь. Но разве сейчас это актуально?

— Что мне делать, сэр? — американец был растерян и переводил взгляд, то на Дрейка, то на своего командующего — Нейтена Джонса. — Открывать огонь или нет?

— Ты идиот, Ронни! — первым не выдержал вице-адмирал Джонс. — В кого ты собрался стрелять⁈

— В этого наглого «раски», — ответил тот, хлопая глазами под бронированным триплексом забрала.

— Выстрели тогда уж лучше мне в башку! — воскликнул Джонс-старший. — Ибо если умереть то хотя бы сразу, а не мучиться, все время, пока ты будешь собирать мои кишки по стенам ангара!

— Но тогда русские смогут выбраться, сэр, — Ронни явно не отличался умом и проговаривал все мысли вслух.

— Да ты, что? — Нейтену больше было неловко за своего офицера перед командующим Дрейком. — Тогда не выпускай…

— Но, в результате вы можете погибнуть, сэр…

— Слово «можете» слишком оптимистично звучит, — горько усмехнулся Нейтен Джонс и посмотрел на своего начальника:

— Адмирал, вам принимать окончательное решение…

Все замерли и замолчали, ожидая, что скажет главнокомандующий. Дрейк взглянул в мои глаза, потом перевел взгляд на ручные гранаты, которые я держал в непосредственной близости от его лица.

— То, что я вас спас от пули вице-адмирала Джонса минуту назад никак не облегчит наше с ним положение? — с надеждой в голосе тихо спросил Дрейк.

— Извините, адмирал, но похоже, никак, — отрицательно покачал головой я. — Сложная ситуация и надо как-то из нее выкарабкиваться.

— Даже таким недостойным способом, как захват заложников?

— Бросьте, какой вы к черту заложник, — отмахнулся я. — Заложником можно назвать гражданское лицо, человека, который не может оказать сопротивление. Вы же и адмирал Джонс скорее почетные военнопленные… Что касаемо достоинства, возможно, вы правы, но мне главное сохранить жизни солдат и вытащить их из западни. Так что с совестью я как-нибудь договорюсь, а вот вас гранатой разнесу в клочья, если понадобится…