— И ты думаешь, что я поверю в твои слова? — насмешливо фыркнул Галахад.

— Я думаю, что тебе стоит в них поверить, Алестер, — настойчиво проговорил князь. — Потому что в противном случае под горячую руку могут попасть уже те, кто может быть интересен мне. Как я уже сказал, я буду не против, если Британский лев получит своё. Но!

Меньшиков поднял руку в предостерегающем жесте.

— Только то, на что у вас есть право, Алестер. И не жизнью больше. Если найдёте их раньше нас, то можете стребовать свою плату. Я не стану препятствовать.

Выслушав его, британец вопросительно поднял бровь.

— Раньше вас? — повторил он слова русского князя. — Это ты мне так намекаешь, что они действительно находятся здесь?

— Это я так намекаю тебе, что ты можешь счесть эту информацию приветственным подарком по случаю твоего приезда, — отозвался Меньшиков. — Эти двое — ваша добыча, коли так сложится судьба. Но только эти двое и не жизнью больше. В противном случае…

Он не стал договаривать. Да это и не требовалось. Они понимали друг друга и без лишних слов.

— Британия всегда платит свои долги, — произнёс Галахад перед тем, как выйти из конференц зала. — Особенно если они требуют платы кровью.

* * *

Звон дверного звонка застал трехлетнего мальчика за столом. Услышав его, он подскочил на стуле, словно получил удар током пониже спины, и вскочил на ноги. Не обращая внимания на оставшуюся в тарелке недоеденную кашу, он бросился из кухни в коридор.

— Андрей! — воскликнула женщина. — Стой! Вернись назад! Ты ещё не доел!

Но бросившийся в коридор мальчик даже не обратил внимания на окрик матери. Тем более, что вслед ему уже звучал топот других маленьких ножек.

— Оля! Да что же такое…

Мальчик бросился к двери и первым добежал до неё, опередив сестру на какие-то считанные секунды. Как раз в тот момент, когда звонок в дверь повторился. С радостной улыбкой на лице мальчик запрыгал на месте, стараясь дотянуться руками до дверного замка, но ему банально не хватало роста, чтобы сделать это.

— Уйди, я сама, — заверещала сестра, пытаясь оттолкнуть брата. — Андрей!

— Я сам открою! — выкрикнул он, привстав на цыпочках и протянув пальцы к дверной ручке.

— Андрей, дай мне…

— Не мешай!

— Так! Что я вам говорила! — строго осадила вышедшая с кухни высокая и стройная женщина. — Нельзя открывать дверь незнакомцам!

Ей было двадцать шесть. Высокая и стройная. С яркими зелёными глазами, утонченным лицом и длинными, спускающимися до стройной талии волосами, которые девушка заплела в длинную косу. Вытирая руки полотенцем, она хмуро посмотрела на детей.