Это не Юлия тогда подсадила его на наркотики, как я думал изначально. Хорошая была гипотеза, рождённая из моего предыдущего опыта. Дети богатых родителей часто искали себе развлечение погорячее. Постоянно хотели попробовать что-то новое. А при наличии денег это не составляло такой уж большой проблемы. Уж я на подобное насмотрелся вдоволь. Да и не только насмотрелся. Несколько раз мне самому приходилось защищать права таких вот «бедовых» клиентов, которых ловили на горячем. Именно эта мысленная концепция, помноженная на предыдущий опыт, и заставила меня ошибиться.

Идиот.

А здесь же… ну кто в здравом уме мог подумать, что в тот вечер молодой сын прокурора принесёт с собой эту дрянь?

Теперь я понимал, почему Стрельцов так ненавидит всех, кто имел хоть какое-то отношение к наркотикам и почему Юлия избежала его «праведного гнева».

Он сам был виноват в случившемся. Хотя нет. Не так. Виноват-то был его Сергей, но отец винил во всём себя самого. Уж я в этом не сомневаюсь.

Он корил себя за то, что не смог углядеть за сыном. За огрехи в его воспитании. Он, может быть, и хотел бы отомстить… да только мстить было некому. Юлия была точно такой же жертвой, как и любой, кому эту дрянь предлагали. Внутреннее чувство справедливости не дало Стрельцову накинуться на неё. И, не способный добиться справедливости для сына, Стрельцов начал проецировать ненависть к самому себе на всех, кто, по его мнению, этого заслуживал.

— Я не знала, — тихо сказала Марина, и это были её первые слова с тех пор, как мы закончили разговор с Юлией.

— Я тоже.

— И? Что будешь делать?

— Это ничего не меняет. Я собираюсь вытащить Яну из его рук. Теперь ещё больше уверен, что это нужно сделать. И чем больнее, тем лучше

А ещё мне вспомнилась история жены Громова, что только сильнее доказывало, что я стою на правильном пути. Пусть и болезненном.

— Если всё так и продолжится, то рано или поздно коса на камень наскочит и кого-нибудь убьет. Возможно, даже и его самого.

— Ещё скажи, что начал о нём беспокоиться, — неожиданно буркнула Марина, на что я покачал головой.

— Не. Не начал. Но теперь я лучше его понимаю.

— Знать бы ещё, почему он так взъелся на Яну, — вздохнула Марина. — Если та информация, что тебе дали верна, то, выходит, она просто попалась ему под горячую руку.

— И таких вот «просто попавшихся» будет со временем становится всё больше и больше, — с уверенностью сказал я ей.

— Угу. Знаешь, я… — Она прервалась, когда зазвонил её телефон. — Странно.

— Что там?

— Это из ЦПЗ звонят, — удивлённо сказала она, глянув на номер. — Подожди, я отвечу. Да?