Ответ мне не требовался, это была скорее связка слов.

По коридору прогрохотали ботинки.

Вошёл старшина четвёртого взвода, весь из себя в полевой форме, в солдатском бронежилете и с автоматом наперевес.

— Господин граф, здание взято под контроль. На первом этаже, в обезьяннике сидят наши люди. Велите освободить?

— Так точно, велю. Понимаете? — я повернулся к начальнику полиции. — Мне надо их освободить, Вы этого не делаете, значит я нахожу кого-то другого, кто сделает. Всё же просто, майор.

Старшина окинул начальника полиции презрительным взглядом, развернулся на каблуках и вышел.

— А это был мой четвёртый специальный отдел полиции.

— Какой полиции?

— Каганата, конечно.

— Вы тут не уполномочены, господин хороший. Вы нарушаете закон, — выдохнул сигаретный дым он.

— Скажите на милость, когда Вы хрен клали на закон, то надували щёки и слали меня к собачьим сосискам, а когда у Вас Вашу власть выбили из-под ног, то вспомнили про него. Такой себе Вы законник.

— И тем не менее, Ваши действия…

— Согласованы с курирующей меня секретной службой, — перебил я его, — или Вы думаете, я тут занят самодеятельностью? А теперь вопрос… Не вопрос свободы моих людей…

Я сделал паузу, чтобы увидеть, как моих подчинённых выводят на улицу и несмотря на потрёпанный общий вид, они целы и живы.

— Вы получили своих бандитов, теперь извольте покинуть мой кабинет.

— Нет. Не изволю. И не надо меня сбивать с мысли. Мой вопрос такой… Кто?

Начальник полиции сначала напрягся, а потом расплылся в улыбке.

— Да ты ничего не сделаешь мне, граф. Человек, который об этом приказал, он настолько выше тебя или меня…

Я молча полез в портфель, достал своё прошение на имя императора и молча положил перед ним в развернутом виде.

По мере того, как он прочёл, а читал он, надо сказать, быстро, его лицо вытягивалось.

— Итак, я тут по воле…

— Не надо вслух, — взмолился он.

— Хорошо. Вы знаете кого-то более авторитетного в нашей державе? М?

Вопрос был хорош. На прошении была виза императора, отчего ежу понятно, что я сейчас ссылаюсь на него.

— Не назову, — негромко и с неохотой, выдал полицейский.

— Значит, моя карта такая. И я её раскрыл. Даю тридцать секунд на встречную любезность и было бы здорово не врать.

— Да он меня в порошок сотрёт, — дрогнул начальник полиции.

— Вас, Андрей Савельевич, замотают в большую тряпку, как мамонта в музее и отвезут в гости в каганат. Туризм. Там мы поговорим без всякой спешки, и Вы мне, а если точнее, то моим подчинённым со специфическими привычками, всё расскажете.

— Как так можно⁈ Вы же граф, дворянин!