— Почему? — забеспокоился я. — Враг близко?

— Потому что твоя жизнь и смерть мало беспокоят старика Каборто Ай, а тысяча рублей — это тысяча рублей.

— Аргумент. Я тогда оденусь.

— Давай. Каборто Ай будет ждать и всем своим видом выражать нетерпение.

…

Охотник очень слабо представлял себе, что такое жалость и комфорт. Он тащил меня по какой-то узкой козьей тропе впотьмах, всё время подгоняя и абсолютно игнорируя вопросы техники безопасности. Так что мы постоянно бежали бегом по наклонной тропе, шустро карабкались по камням и вообще, пеший туризм в его исполнении был довольно экстремальным.

В какой-то момент, когда мне в очередной раз захотелось попросить его о пощаде, над головой пролетел светящийся шар и с раскатистым грохотом взорвался при попадании в каменный лоб неподалёку.

Припав к земле, я обернулся.

— Приятели твои? — спокойный охотник был впереди и сидел на корточках в безопасном под прикрытием камней месте.

Далеко внизу и практически не видимые в предутренних сумерках, тем не менее за нами уверенно гнались инквизиторы.

— Ага, вроде того. Твои конкуренты, хотят отвести меня по другому маршруту.

— Ну, ты, Аркар, можешь полежать, подумать, повыбирать… если шкура не дорога, конечно.

Запретительное действие магии тут не работало, город был слишком далеко, поэтому инквизиторы лупили при помощи своего колдовства. Оружие им было не нужно, они сами оружие.

В меня полетел ещё один фаербол, который со стороны напоминал смесь инопланетных технологий и бешеного светлячка. Враг находился на приличной дистанции в пару километров. К счастью, старому доброму свинцу в скорости магический огонь здорово уступал, так что я успел под прикрытие камней.

— Дальше вниз. Потом снова вверх.

— Как они нас нашли, охотник? Мы же не оставляем следов.

— Каборто Ай считает, что это, наверняка, магия. Без неё те чужаки гору лосиного дерьма не нашли бы, пока не вступили.

— Ну да, магия, мать её!

Двигаясь вниз галопом, по странной и смертельно опасной тропе мы были вне досягаемости магии, наш отрыв не сокращался, однако, когда мы были на подъёме, обстрел продолжился.

А ещё, кажется, из-за спин к нам доносились обрывки фраз. Это старик пытался до меня докричаться и воззвать к необходимости поскорее вернуться в кандалы и перспективе очистительных пыток. Слышно было плохо, всё же расстояние большое, но голосил он самозабвенно.

Кажется, эти черти искренне верили в то, что творили.

Надо сказать, что немолодой алтаец тоже знал, что делает. Мы нырнули куда-то между скал и стали карабкаться, опираясь на тонкие стволы кустов и деревьев, что называется, на всех четырёх, быстро уставая (ну по факту, это я уставал, ему-то было хоть бы хны), но так мы стремительно поднялись к какому-то гребню.