— Понятно... — нестройным хором отозвались девушки.
— А что будет там? Мы будем красть этого восставшего мертвеца? Каким образом? — начала задавать вопросы Гара.
— Там разберёмся, — вдохнул Верша. — Чтобы строить планы, надо чтобы хоть что-то было понятно. Всё, хорош галдеть. Завтра с рассветом нам надо быть на центральной площади.
Берсерк отвернулся и натянул одеяло повыше, но не прошло и минуты, как послышался шепот Мары:
— Верша... Верша...
— М-м-м...
— Верша, тут одеяло тонкое. Мне холодно.
— На улице теплынь, хоть в трусах ходи, — проворчал воин.
— Верша, можно я к тебе лягу?
— Нет...
Снова прошла минута и послышался шепот Гары:
— Я знала, что она тебе не нравится. Слишком настырная... Можно я к тебе лягу?
— Нет! — рыкнул воин.
— Не слушай этих дур, — зашептала Шара. — Они просто придуриваются.
Снова повисла тишина, которую спустя несколько секунд нарушил шепот магессы:
— Но если надо, могу и я...
— Вы заткнетесь, кашолки озабоченные? — повернулся Верша. — Никакого траха с однопартийцами. Слышали?
Верша отвернулся, недовольно посопев, взбил подушку и устроился поудобнее. Тишина продолжалась несколько минут., но её снова нарушила Мара:
— Верша... А если на одну ночь ты меня из отряда исключишь? Можно? У меня белье кружевное...
— Бляди тупорылые... Что у вас в башке творится?.. Как, блять, вас ещё до смерти не затрахали?..
Глава 24
— А если я возьму двадцатый? — с прищуром спросила Мара.
— Нет.
— А если я открою уникальное умение?
— Нет.
— А если я убью дракона?
— Нет, блять! — рыкнул Верша. — Не буду я тебя трахать!
— Нет, вы посмотрите на него! — так громко объявила лучница, что слышал весь караван. — Сиськи у меня есть! Задница есть! Ни кривая, ни хромая! А ему видите ли...
— Заткнись и перестань трахать мне мозги! — рыкнул на неё Верша, ехавший рядом на лошади.
— Тогда просто пусти меня к себе ночью, — расплылась в улыбке Мара.
— Она же нормальная была? — обратился берсерк к Шаре и Гаре. — Что, блять, с ней происходит?
— Она и так нормальная... Если её на мужика не клинит, — пожала плечами Гара. — Переспит — успокаивается.
Верша внимательно оглядел девушек.
— Да вы, блять, сговорились! — рыкнул он. — Бэк! Давай ко мне!
Подхватив сына и посадив его себе в седло, Верша подстегнул лошадь и направился в начало каравана.
— Пап?
— Чего?
— Она не успокоится, — произнёс паренек, нагнулся к загривку лошади и ласково погладил.
— Хер с ней, ебанутой, — буркнул отец. — Я тебя не для этого к себе перетащил.
Бэк оглянулся на отца с вопросительным выражением лица.
— Да всё времени не было. То шмотки собирали, то эти кошёлки мозг выносили, — вздохнул Верша. — Я тебя хотел спросить... В общем... Когда мы в церкви были. Там, где ты свой хил качал. Ты выглядел... счастливым что ли.