Хотя немного бесит, что эта Владычица Теней следила за мной всю мою жизнь, пугала буквально с колыбели своими птичками, и знает обо мне, кажется, больше чем я сам. И не помогала. Не спасла Петра Петровича, а дала ему умереть.

Я перевязал ленточками стопки рассортированных писем и убрал в стол.

Если я хочу отсрочить потерю силы своей крови, нужно выбрать кого-то из самых молодых. Но Лизонька и кто-то из младших Безумновых — сразу нет. С Людмилой было бы хорошо состроить фальшивую свадьбу, чтобы от меня на время отвязались. Она, вроде бы, меня ненавидит, но может согласиться из вредности. А потом как-нибудь организую развод. В соглашении-то ничего про это не написано.

Кстати, стало понятно, почему Прах видел в Лисе «жену хозяина». Одна из жён Вереса, а так же три наложницы его сына были призванными духами из разных миров.

Мрак.

Одно радует, меня наконец-то обучают. Причём сразу три некромантки и «человек рода», именно так нежить из Склепа попросила их называть.

Кроме того я узнал, что каменное подземелье с владычицами — далеко не единственная подобная «резиденция» нежити Чудор. Остальные называются «Курганами» и их так же создал Рогоз. Так же есть ещё куча поместий, деревень, производств и так далее. Но город, что полностью принадлежит роду, только Кострома.

Верес объективно был намного слабее Рогоза, да и не был таким монументалистом, как основатель семьи. Он предпочитал артефакты и торговые манипуляции тому, чтобы ходить и создавать базы для бессмертных защитников страны.

— Хозяин, пришло время тренировки с Шалфеем, — сообщил белый кот, одетый в фартук, войдя на задних лапах, а на вытянутых передних конечностях неся спортивную форму из материала, который я практически не видел.

— Прах, я уже говорил, что не буду носить ничего из этой материи. Я её не ощущаю и не вижу! — проворчал я.

— Но это одежда, которую принято носить для занятий Болотным Кулачным Боем! Эта одежда — реликвия семьи, её создал мой хозяин. Не конкретно эта одежда, её только прислали из ателье в Сергиевграде, а патент и производство! Из уважения к хозяину, прошу хотя бы померить.

— Так и говори: «Наденьте за дедушку, скушайте за бабушку», — проворчал я. — Но вне стен усадьбы я такое не нацеплю.

А спустя три минуты я с удивлением смотрел в зеркало, где на мне был виден красивый чёрный материал, что и не думал быть прозрачным. Вот только исключительно в зеркале и пока я стоял ровно. Стоило мне пошевелиться, как частично он начинал переливаться оттенками, после чего становился в некоторой степени прозрачным.