Но самонаводящиеся тучки бесят. В очередной раз из них в меня долбанула молния, а детонация начала сбоить.

— Ладно, хотели попасть, попали!Горение ! — произнёс я и попробовал направить заклинание в ноги. Снова не вышло, снова поток пошёл из ладоней, но я был к этому готов.

Струя пламени буквально принесла меня к погодному магу и пытавшемуся накопить луны Барсу. Оба были в защите, воздушная часть которой периодически слетала, а вот пространственную я пока ни разу не снёс.

Но последовавшая детонация, когда в стороны летят многочисленные огненные искры, стрелы, шары, а так же временами каскады, впервые снесла с противников всё.

Било в том числе по мне, но иммунитет давал определённые плюсы.

—Детонация , — протараторил я в очередной раз.

И только сейчас заметил отсутствие защиты соперников. Но Рёрикович быстро среагировала, обновив нечестную магию.

Недолго думая, я решил попробовать иную тактику. Сдёрнул с пояса кинжал и метнул его в погодного мага.

Меня интересовало влияние защиты на физические объекты.

Оружие затормозило, закрутилось и оказалось отброшено в сторону.

Ближний бой не подходит. Жаль, проще всего было бы попробовать именно его.

Стоп, а как вообще будет взаимодействовать детонация с противником? Вернее с его защитой?

Я рванул к погодному магу, что непонимающе смотрел на кинжал, воткнувшийся в двух метрах от него.

— Эй, ты чего? — спросил пацан.

— На тебе комар, — уверенно заявил, пока меня поливал град.

— Что? Ты что, поднимешь руку на преальму? — с каким-то недоверием в голосе произнёс маг. Когда я ударил первый раз. — Ты знаешь, что я с тобой сделаю в Альмаханстве? В порошок сотру тебя и всех твоих родственников!

Тц, а такое прикольное имя: Одуванчик. На деле же аристо головного мозга.

— Тебе же хуже, — проворчал я и уверенно ударил опять.

Воздушная защита и детонация сражались между собой, временами всполохи открывали дыры. В меня попадала влага от растаявших льдинок, очень быстро вокруг поднималась влажность.

А я просто бил по прозрачной и прочной плёнке вокруг пацана.

Тот пробовал уворачиваться, бить в ответ или сбежать от меня, но разница в габаритах и физической готовности была велика. В нём нет и 170 сантиметров, да ещё он весьма худой, а я даже в этой форме достаточно развит.

В итоге череда ударов по прочной плёнке завершилась попаданием во что-то куда мягче: лицо оппонента. Но тот практически сразу исчез, я даже не успел ощутить плотности челюсти.

0–2

— Хе, сработало, — произнёс я и поднял глаза на Барса.

— О, лады, давай один на один, без детонации, или боишься, Пронин? — произнёс он.