Я потратил колоссальные средства, резервуары лун на миллиарды, кровь, пот и волосы, чтобы их создать.

И не зря потрачены эти сутки подготовки, «близнецы» спокойно сумели пройти на арену!

Все мы были в медицинских масках.

Похожие на меня по большей части держались подальше. Волосы и причёски им пришлось, конечно, править. Тут пригодилась краска для волос и различные виды макияжа.

Я же шёл недалеко от «Пронина» и «Грязева».

Откуда-то выплыли трио принцев, участвовавших в кубке Мира, они насмешливо смотрели на Пронина, немного поглядывали на Грязева, но лысенький здоровенный красавчик для них уже был не заметней муравья.

— Вот и пришёл день нашей мести. На чемпионате нас ни что не будет сдерживать! — уверенно заявил с насмешкой герцог Мерлинсон, наследник Старой Британской Империи. — Никакие угрозы каких-то там фальсифицированных записей и прочая глупость вам, альмаханцам, не помогут!

— Да. Во вратах мы покажем настоящую мощь, а не эту глупость в рамках правил, — усмехнулся Бартоломей, наследник Священной Британской Империи. Затем что-то до него дошло, он повернулся к единокровному брату и спросил. — Каких записей?

— Ха-ха, не обращай внимания. О, мне уже пора, — быстро протараторила жертва моего маленького шантажа и ушла.

Бартоломей последовал за ним, продолжая уточнять про запись.

— Я советовал тебе спрятаться в дальнем углу мира, Пронин. Ты меня не послушал, в этих вратах ты и подохнёшь! — заявил наследник Новой Британской империи.

— Каких ещё вратах? — уточнил «Пронин».

— Узнаешь на оглашении правил. У тебя ещё будет время сбежать. А вот Грязеву придётся остаться. Его мы найдём где угодно, его смерть предрешена, — уверенно заявил принц, смотря в глаза «Киру».

— Ой, я так боюсь, так боюсь, — рассмеялся мой самый первый «близнец». — Если я верно понял, то мы окажемся в трещине, где вы попытаетесь нас убить. А ты вообще не догадываешься, что я могу быть там сильнее?

— Для нас некромант это не какая-то невидаль, а вполне себе определённый человек, которого можно победишь. Не зазнавайся. Ты выиграл кубок только потому, что тебе позволили.Разреши нам отец использовать все силы , ты нам не соперник. Вы оба нам не соперники. И, если будете сопротивляться, всех ваших людей и соотечественников мы убьём вместе с вами. Только тебе, Пронин, я разрешаю сбежать, уважая твою силу, — повторил Эдвардсон, который ранее вёл себя словно пацифист на расслабоне, но примерно последнее время, как только остался только Грязев, начал вести себя заносчивее и раздражённее со мной.

— Спасибо за информация, Эдвардсон, можешь быть свободен, — проворчал «Пронин», отмахиваясь.