Тут и там, в разных частях города, раздались взрывы, выбросившие в небо тонны проклятых семян бедствия, больше похожих на черные песчинки, или вовсе ядовитую пыльцу некоторых экзотических растений. Стоило кому-то вдохнуть подобную отраву, как он тут же терял контроль над собой и превращался в одержимого жаждой убийства монстра. Изменения происходили за минуту, в получившихся тварях лишь отдалённо можно было опознать человека.
— Пора и вам, капитан, сыграть свою роль, — усмехнулся сектант, и ткнул человека пальцем.
Не ожидавшего подвоха Грипа скрутила так, словно он на него вылили кипящее масло. Кричащего человека выгнуло дугой так, что ломающиеся кости захрустели подобно трескающимся на морозе стволам деревьев.
— А-а-а-а-а…
— Скоро, мой господин, — фанатично пробормотал мужчина, глядя на муки человека, — скоро вы вернётесь.
Выхватив из рукава наполненный энергией хаоса магический кристалл, по форме напоминающий помесь дротика и сверла, он воткнул его в грудь бьющегося в агонии капитана. Тот сразу же начал изменяться. Его тело принялось перестраиваться, мышцы стремительно увеличивались и разбухали, зубы превращались в натуральные конические клыки. Вытянувшееся лицо напоминало помесь собачьей и крокодильей морды. Примерно то же самое происходило и с другими наёмниками. За время пути, и особенно во время развлечений с деревенскими, наблюдатель успел обработать весь караван, скормив достаточно семян скверны каждому наёмнику, возничему и помощнику, с которыми ехал.
— Сегодня… город будет принесён в жертву во имя твоё… — ликовал сектант.
Но ликование было недолгим. Всплеск магии дракона был сродни внезапному ушату кипятка, залитому прямо в глотку. Оправившись, сектант быстро произнёс:
— Отправляйся в город и убей всех, кто не изменился, во славу нашего Владыки, — приказал ставшему чудовищем Грипу мужчина. Как только монстр оставил сектанта одного, тот начал готовиться к следующему ритуалу.
Глава 14
Когда по всему городу пронеслась волна магии, ребята на площади как раз собирались начать представление. Собственно говоря, им и оставалось что дать отмашку помощникам, чтобы те подняли занавес… вернее, убрали скрывающий сцену туман. Но взметнувшаяся в небо чёрная пыльца и пронёсшиеся крики людей внесли в представление новый сценарий.
Одним из первых отмер находившийся в первых рядах паладин. Выхватив из-за спины свой меч, воин поднял его к небу.
— Да воссияет свет Ленарианы! — прокричал мужчина, и клинок засиял словно белым светом подобно звезде. Незримый барьер раздвинул пыльцу и накрыл собой небольшую площадь.