— А он летает? — как ни в чем не бывало спросил Май.

— Да, у него гигантские крылья, а при их взмахе рождается настоящий ураган!

— Пф, — фыркаю, вытираясь.

— А когти?

— И когти есть. У всех драконов есть когти. А у него они во-о-о-от такие, — растянула Мария руки в разные стороны. Хмыкнув, по новой наливаю из кувшина молока.

— О-о-о-о!

— Они прочные как сталь, и способны рвать крепости в клочья.

— Ого!

— А он кушает людей? — воскликнула Мия.

— Кх-кх-кх, — не опуская кружку, тихонько давлюсь.

— Эм… Нет. Людей он не ест.

— А почему? — спросил Ния, да таким тоном, словно это обвинение. — Драконы ведь обязательно должны есть людей. Мне так папа о них рассказывал! — важно подняла пальчик Мия.

— Кха-кха-кха.

— Просто… люди не вкусные. Поэтому Арраманарос их не ест.

— …

— Значит, он все-таки людей пробовал? — тут же спросила Люми.

— Э-э-э… — взглянула на меня Мария, но я, старательно сохраняя на лице невозмутимость и сосредоточенность, по новой наливал себе молоко. — Нет. Вовсе нет. Просто он слышал об этом и даже пробовать не хочет.

— Даже ручку?

— Даже ручку, — серьезно кивнула Мария, а я тихонько заскулил. Да уж… Ну и «деточки».

— Даже пальчик?

— Так, не ест он людей, вообще, даже кусочками. И точка! — отрезала Мария.

— А-а-а. Значит он какой-то не правильный дракон.

Бум! — соприкоснулся мой лоб со столом, а внутри пробило на «хи-хи».

— Арос, что с тобой? — подбежала ко мне Люми, взволнованно положив на спину ладошку.

— Ничего, Люми. Все хорошо.

— Правда?

— Да.

— Вы, если что, — начала шёпотом девочка, — не бойтесь, мы никому не расскажем! Кого-то ведь дракон кушает?

«Ох… дети», — мысленно закатываю глаза, снисходительно глядя на Люми.

— Не ест он людей.

— А кого он ест?

— Так… Мария, расскажи лучше о его характере, — заворачиваю тему, бросив стрелку на ученицу.

— С удовольствием! Арраманарос сам по себе замечательный дракон, — дети переключились на Марию, да и я с интересом посмотрел на ученицу. — Он добрый, сильный и невероятно заботливый, — хмыкнув, чуть улыбаюсь. Все-таки приятно, слушать о себе нечто подобное, тем более от члена стаи. — В конце концов, это ведь он построил это место. Построил для нас. Ну, вы и сами знаете.

— Ага!

— Но! Есть у него и пара недостатков.

Не понял. Это какие у меня недостатки? — удивленно вскидываю бровь, откинувшись назад.

— А?

— Какие? — заинтересовались мелкие.

— Ну, во-первых, он сибарит.

— Чего?

— Говоря иначе — тот еще лентяй.

Хм… Неужели она в обиде за те разы, когда я просто хотел полежать, и мне было лень даже шевелиться? Но я же всего пару раз так валял дурака! Хорошо, пару десятков раз. На несколько дней подряд. М-м-м, может и вправду обиделась?