Но долго задумываться над вопросом не стала. Все-таки лучше просто дождаться того момента, когда учитель сам расскажет, а в том, что он расскажет, просто позже, сомнений у меня не было ни на грамм.

Кроме огня Арос хорошо владел еще исцелением и, в какой-то степени, некромантией. Хотя сам он ни в коем разе свои способности в управлении мертвыми некромантией не называл. Но я ведь сама видела, как он, для демонстрации, напитал живым огнем труп животного, и оно, полыхая зеленым огнем, поднялось на ноги и стало выполнять его приказы.

И хоть позже и выяснилось, что это вообще не некромантия, мне от этого было не легче. Как Арос сказал, его живое пламя служит этаким альтернативным источником энергии, вместо некроэнергии. Поднятые таким образом существа сильно ограничены. У них нельзя что-то узнать, из них нельзя сделать что-то серьезное, вроде лича. С её помощью нельзя создать нечто неординарное, чем любят заниматься некроманты, пришивая одни части тел к другим. Данный огонь просто и незатейливо поднимает свеженький труп и держит под контролем до последующего упокоения или развоплощения. А останься душа животного на месте, то оно бы вовсе полностью ожило.

Вот в исцелении дело был совсем иначе. Как бы сказать… Когда я поранилась, учитель применил огонь в исцеляющих целях. Вот представьте себе тлеющий лист бумаги. А теперь запустите обратный процесс. Словно по мере горения появляется пепел, затем он превращается в кожу, и так до полного исцеления. После лечения у меня еще немного горела кожа, в смысле ощущений, но не сильно, да и прошло это быстро.

Сразу за огнем в списке умений шла бытовая магия, так как без нее — никуда. С ней и жилье можно обустроить, и прохладу в зной организовать, и покушать сделать. Хотя последнее не обязательно, питается он в основном от магического источника.

Следом за бытовой шли свет и хаос, как более-менее нейтральные. Эти две первостихии касались магии Ароса по касательной. Вроде и немного, но в точках соприкосновения дело касалось все того же огня. Так, с магией света, Арос создавал ярчайшее белое пламя, разгоняющее любую тень или мрак. А с помощью хаоса мог устроить такой пожар, что у меня волосы дыбом становились от откровений. С тьмой дела обстояли в разы хуже, черное пламя, по определению, живым быть не может, поэтому, цитирую: «Ну, такое себе». С землей учитель взаимодействовал постольку-поскольку, как и с воздухом. Но без последнего ему будет трудно летать, так что, как он сказал: «Знаю только то, что мне нужно для комфортной жизни».

С водой дела обстояли… странно. Вроде пламя и вода — ни разу не друзья, и я думала, что учитель с водой взаимодействует так же, как и со смерть, то есть — никак, но видимо, Арос имел по этому поводу свое мнение. Ради демонстрации протянул руку, над которой завис шарик воды. А затем он его поджог. И оно горело!!!